Конституционный суд — о законности повышения пенсии, отстранении адвоката и эксцессе исполнителя

Конституционный суд РФ встал на сторону своего заявителя и велел поправить законы о пенсии адвокатам — военным пенсионерам.

Это было сделано по просьбе гражданки Ольги Морозовой. Она трудится адвокатом и одновременно получает пенсию за выслугу лет после своего увольнения со службы в правоохранительных органах.

  • Заявительница в своем обращении в Конституционный суд РФ попросила его проверить на соответствие Основному Закону страны отдельные положения трех законов.
  • В их числе закон РФ о пенсионном обеспечении военных, полицейских, сотрудников противопожарной службы, борцов с наркотиками и сотрудников тюремного ведомства.
  • А также проверить еще законы «Об обязательном пенсионном страховании в РФ» и «О страховых пенсиях».

Конституционный суд — о законности повышения пенсии, отстранении адвоката и эксцессе исполнителя

Конституционный суд велел пересмотреть дело Константина Котова

Суть заявления Морозовой касается вот какой жизненной ситуации.

Женщина получила статус адвоката несколько лет назад — в апреле 2017 года. Будучи законопослушным гражданином, она в июне того же года обратилась в налоговую инспекцию с просьбой не ставить ее на учет в качестве плательщика страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Обоснование у Морозовой было такое — к 60 годам она не успеет выработать требуемый по закону для получения страховой пенсии по старости 15-летний страховой стаж и сформировать индивидуальный пенсионный коэффициент в размере 30.

Налоговая инспекция такое заявление адвоката отклонила. А местные суды подобное решение налоговиков подтвердили. Военные пенсионеры, если они относятся к категории лиц, самостоятельно обеспечивающих себя работой, обязаны вставать на учет в качестве страхователей и уплачивать взносы.

  1. Ольга Морозова посчитала, что эти нормы законов носят дискриминационный характер, и обратилась в Конституционный суд РФ.
  2. Там жалобу изучили и заявили, что адвокат права.
  3. Законодателю предписано незамедлительно устранить неопределенность оспоренных норм.
  4. В своем определении КС пояснил, что отнесение самозанятых россиян к числу лиц, подлежащих пенсионному страхованию и обязанных платить страховые взносы, само по себе не может расцениваться как не согласующееся с требованиями нашей Конституции.
  5. Однако участие военных пенсионеров в обязательном пенсионном страховании «должно осуществляться на равных условиях с другими застрахованными лицами», сказал КС.

Конституционный суд обязал работодателей доплачивать за совмещение

Как объяснил КС, граждане начинают формировать пенсионные права позже других застрахованных граждан из числа самозанятых и по достижении пенсионного возраста могут и не приобрести права на пенсию. При этом для таких граждан, как Ольга Морозова, законом не предусматривается возможности назначения страховой пенсии по старости на условиях неполного страхового стажа.

  • В результате Конституционный суд «выявил неопределенность нормативного содержания применительно к объему, условиям формирования и реализации пенсионных прав адвокатов из числа военных пенсионеров».
  • И вот вывод Конституционного суда — в этой части нормы признаны неконституционными.
  • Законодателю предписано незамедлительно устранить неопределенность оспоренных норм.

Конституционный суд РФ счел законным повышение пенсионного возраста

https://www.znak.com/2019-04-04/konstitucionnyy_sud_rf_schel_zakonnym_povyshenie_pensionnogo_vozrasta

2019.04.04

Конституционный суд — о законности повышения пенсии, отстранении адвоката и эксцессе исполнителяНаталья Ханина

Конституционный суд РФ отказался рассматривать вопрос о законности повышения пенсионного возраста. Признать неконституционной пенсионную реформу требовали депутаты Госдумы от КПРФ, ЛДПР и «Справедливой России». В ответе суда говорится, что данный вопрос остается в компетенции парламента.

Парламентарии, направившие запрос в декабре, заявили, что повышение пенсионного возраста с 55 до 60 лет для женщин и с 60 до 65 лет для мужчин противоречит основному закону страны и «не отвечает критериям социального государства».

В своем обращении они ссылались на пункт 2 статьи 55 Конституции РФ. Он запрещает принимать в России законы, которые «отменяют или умаляют права и свободы» граждан.

Депутаты указали, что пенсионная реформа может касаться лишь тех, кто только начинает трудовую деятельность, а не работающих граждан.

В опубликованном определении суда сказано, что Конституция оставляет определение пенсионного возраста «на усмотрение законодателя», а вопрос целесообразности принятия закона выходит за пределы компетенции органа.

То есть решать, когда допустимо выходить на пенсию, — прерогатива государства, парламента.

Именно на органах госвласти лежит вся политическая ответственность за последствия закона, «включая риск утраты доверия электората».

В суде добавили, что решение о повышении пенсионного возраста было проработано экспертами и аналитиками, хотя «мнения о целесообразности и последствиях такого решения, действительно, были и остаются различными». 

С другой стороны, государство, проводя социально-экономическую политику, обязано принимать в расчет «материальные ресурсы, необходимые также для выполнения иных конституционно значимых задач».

Такой подход не может рассматриваться как ставящий под сомнение принцип народовластия, уверены в суде, поскольку власти принимают законы в интересах россиян, «даже если правотворческие намерения не получают поддержки значительной части граждан».

При этом из Конституции не вытекает необходимость проведения всенародного обсуждения законопроекта. В итоге суд признал запрос группы депутатов «не подлежащим дальнейшему рассмотрению».

Напомним, 3 октября 2018 года президент РФ Владимир Путин подписал поправки в законы, связанные с пенсионной реформой. Было утверждено постепенное повышение с 2019 года пенсионного возраста — с 55 до 60 лет для женщин и с 60 до 65 лет для мужчин. 

Изначально законопроект о пенсионной реформе поддержали только депутаты «Единой России». Россияне остались недовольны инициативой парламентариев и начали устраивать митинги и пикеты по всей России. Самые масштабные акции протеста прошли 9 сентября. 

Позже Владимир Путин заявил, что прекрасно понимал, что за увеличением пенсионного возраста последует критика. «Такие вещи — они неприятные. Ясно, что никакого восторга не вызовут», — сказал глава государства. По поводу пенсионной реформы высказался также премьер Дмитрий Медведев. Он заявил, что это было самым трудным решением для власти за последнее десятилетие.

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Кс запретил допрашивать адвокатов без постановления суда

Конституционный суд — о законности повышения пенсии, отстранении адвоката и эксцессе исполнителя

Youtube

На портале официального опубликования правовых актов 14 мая размещено определение Конституционного суда РФ, в котором разъясняется, возможен ли допрос адвоката в качестве свидетеля по делу своего доверителя.

В КС с жалобой на неконституционность ст. 38, 88, 113, 125 и ч. 1 ст. 152 УПК РФ, а также ч. 2 ст. 7 закона о Следственном комитете РФ обратились два жителя Ярославской области. Олег Крупочкин был адвокатом Владимира Зубкова, обвинявшегося в двух покушениях на мошенничество и в фальсификации доказательств по гражданскому делу.

В декабре 2017 года следователь СУ СКР по Ярославской области подал в Кировский районный суд Ярославля ходатайство о разрешении допросить Крупочкина в качестве свидетеля и провести с его участием очную ставку в рамках расследования уголовного дела Зубкова.

Суд пришел к выводу, что целью данных следственных действий служит проверка причастности Крупочкина к содеянному Зубковым, и указал на необходимость руководствоваться при уголовном преследовании адвоката положениями главы 52 УПК РФ об особенностях производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц.

В удовлетворении ходатайства постановлением суда от 21 декабря было отказано.

Однако на основании постановления следователя от 25 декабря 2017 года Крупочкин был подвергнут приводу к следователю без предварительного судебного решения для допроса об обстоятельствах представления им в суд по гражданскому делу с участием Зубкова подложной копии договора. Ранее сам адвокат, ссылаясь на свой статус представителя Зубкова в гражданском деле и его защитника в уголовном деле, явиться на допрос и дать показания отказался.

Крупочкин обратился в Кировский райсуд с жалобой на постановление следователя, на действия и бездействие сотрудников правоохранительных органов, связанные с его приводом и допросом.

Однако постановлением от 19 марта 2018 года, оставленным без изменения апелляционным постановлением Ярославского областного суда, суд отказал в удовлетворении жалобы в части признания незаконными решения следователя и самого привода, а в остальном производство по жалобе прекратил.

В октябре 2018 года при рассмотрении уголовного дела Зубкова, в котором Крупочкин участвовал в качестве защитника, Дзержинский суд Ярославля удовлетворил заявление стороны обвинения об отводе Крупочкина ввиду того, что в данном деле тот является свидетелем.

В связи с этим Зубков и Крупочкин обратились в КС РФ, требуя признать неконституционными положения ряда статей УПК РФ и закона об СКР.

По их мнению, указанные нормы не соответствуют Основному закону, поскольку позволяют без предварительного решения суда производить в отношении адвоката оперативно-разыскные мероприятия и следственные действия, в частности наблюдать за адвокатом, задерживать его, осуществлять привод на допрос в качестве свидетеля, допрашивать в этом качестве, применять к нему иные подобные меры.

КС, ознакомившись с жалобой, отметил, что необходимая составляющая права пользоваться помощью адвоката – обеспечение конфиденциальности сведений, сообщаемых адвокату его доверителем, которая выступает не привилегией адвоката, а гарантией законных интересов его доверителя, подлежащих защите в силу Конституции РФ.

Право не свидетельствовать против самого себя означает не только отсутствие у лица обязанности давать против себя показания в качестве свидетеля, подозреваемого, обвиняемого, но и запрет на принудительное изъятие и использование таких сведений, если они были ранее доверены адвокату под условием сохранения их конфиденциальности.

Конституционные предписания и корреспондирующие им нормы международного права, исключающие возможность произвольного вмешательства в сферу индивидуальной автономии личности, обязывают государство обеспечивать в законодательстве и правоприменении такие условия для реализации гражданами права на юридическую помощь и для эффективного осуществления адвокатами деятельности по ее оказанию, при которых гражданин имеет возможность свободно сообщать адвокату сведения, которые он не сообщил бы другим лицам, а адвокат – возможность сохранить конфиденциальность полученной информации.

Признание и обеспечение со стороны государства конфиденциального характера любых сношений и консультаций между юристами и их клиентами в рамках их профессиональных отношений провозглашаются Основными принципами, касающимися роли юристов (приняты восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в 1990 году).

Кодекс поведения для юристов в Европейском сообществе (принят в 1998 году) также относит к основным признакам адвокатской деятельности обеспечение клиенту условий, когда он может свободно сообщать адвокату сведения, которые не сообщил бы другим лицам, и сохранение адвокатом как получателем информации ее конфиденциальности, поскольку без уверенности в конфиденциальности не может быть доверия. При этом требованием конфиденциальности определяются права и обязанности адвоката, имеющие фундаментальное значение для профессиональной деятельности: адвокат должен соблюдать конфиденциальность в отношении всей информации, предоставленной ему самим клиентом или полученной им относительно его клиента или других лиц в ходе оказания юридических услуг, причем обязательства, связанные с конфиденциальностью, не ограничены во времени.

В соответствии со ст. 56 УПК РФ не подлежат допросу в качестве свидетелей адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого – об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Однако такие гарантии распространяются лишь на те отношения подозреваемых, обвиняемых со своими адвокатами, которые не выходят за рамки оказания собственно профессиональной юридической помощи в порядке, установленном законом, т. е.

 не связаны с носящими уголовно-противоправный характер нарушениями ни со стороны адвоката, ни со стороны его доверителя (в частности, за пределами того уголовного дела, по которому доверитель в качестве подозреваемого, обвиняемого получает юридическую помощь адвоката), ни со стороны третьего лица.

Вмешательство органов государственной власти во взаимоотношения подозреваемого, обвиняемого с адвокатом может иметь место в исключительных случаях – при наличии обоснованных подозрений в злоупотреблении правом со стороны адвоката и в злонамеренном его использовании со стороны лица, которому оказывается юридическая помощь.

Если с учетом положений закона осуществление в отношении адвоката следственных действий возможно, то обыск, осмотр и выемка в его отношении допускаются при наличии предварительного судебного решения, как того требуют пункт 5.2 ч. 2 ст. 29 и ст. 450.1 УПК РФ.

Проведение в отношении адвокатов других следственных действий, включая допрос в качестве свидетеля, и оперативно-разыскных мероприятий также допускается только на основании судебного решения в силу предписаний п. 3 ст.

 8 закона об адвокатской деятельности и адвокатуре.

Эта норма, устанавливая для защиты прав и законных интересов данной категории лиц дополнительные гарантии, обусловленные их особым правовым статусом, пользуется приоритетом как специально предназначенная для регулирования соответствующих отношений.

Допрос адвоката в качестве свидетеля, тем более сопряженный с его принудительным приводом, проведенный в нарушение указанных правил без предварительного судебного решения, создает реальную угрозу для адвокатской тайны.

Последующий судебный контроль зачастую не способен восстановить нарушенное право доверителя на юридическую помощь: ни признание протокола допроса недопустимым доказательством, ни возвращение отведенному адвокату статуса защитника, ни привлечение следователя к ответственности не могут восполнить урон, нанесенный данному конституционному праву, при том что разглашенная адвокатская тайна уже могла быть использована стороной обвинения в тактических целях.

Таким образом, положения ст. 113 УПК РФ не предполагают привод адвоката к следователю для его допроса в качестве свидетеля об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием им юридической помощи, без предварительного судебного решения.

Читайте также:  Защита интеллектуальной собственности в россии

Проведение таких процессуальных действий в отношении адвоката с применением правовых норм вопреки их смыслу, выявленному Конституционным судом РФ в его решениях, само по себе не может служить основанием для отстранения этого адвоката от дальнейшего участия в качестве защитника в данном уголовном деле.

Положения ст. 38, 88, 125 и ч. 1 ст. 152 УПК РФ, а также ч. 2 ст. 7 закона о Следственном комитете РФ не исключают необходимости выполнения правоприменителями в процессе уголовного преследования всего комплекса мер по охране прав и законных интересов лиц и организаций в уголовном судопроизводстве, предусмотренных уголовно-процессуальным законом.

Действительные или предполагаемые нарушения права на юридическую помощь могут быть предметом судебного контроля в предусмотренном ст. 125 УПК РФ порядке, а также при рассмотрении уголовного дела по существу.

Проверка же законности и обоснованности правоприменительных решений, вынесенных в отношении заявителей, в компетенцию КС РФ не входит. Поскольку с учетом высказанных КС правовых позиций для разрешения поставленного вопроса не требуется вынесение итогового решения в виде постановления, жалоба заявителей не подлежит дальнейшему рассмотрению в заседании КС РФ.

Кс рф велел поправить законы о пенсии адвокатам — военным пенсионерам

Конституционный суд — о законности повышения пенсии, отстранении адвоката и эксцессе исполнителя

КС РФ проверял соответствие Основному закону страны некоторые положения ряда законов

В их числе Закон РФ «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей» от 12.02.1993 N 4468-1, а также ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в РФ» и ФЗ «О страховых пенсиях».

Гражданка Ольга Морозова обратилась с жалобой в Конституционный Суд РФ

В настоящее время она трудится адвокатом и получает пенсию за выслугу лет после своего увольнения со службы в правоохранительных органах. Статус адвоката Ольга Морозова получила еще в апреле 2017 года.

В июне того же года она обратилась в налоговую инспекцию с просьбой не ставить ее на учет в качестве плательщика страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Обоснование: к 60 годам Ольга Морозова не успеет выработать требуемый по закону для получения страховой пенсии по старости 15-летний страховой стаж и сформировать индивидуальный пенсионный коэффициент в размере 30.

Налоговая инспекция ее заявление отклонила. Адвокат с отказом не согласилась и пошла отстаивать свою правду в суды. Но местные суды это решение налоговиков подтвердили.

Военные пенсионеры, если они относятся к категории лиц, самостоятельно обеспечивающих себя работой, обязаны вставать на учет в качестве страхователей и уплачивать взносы. Ольга Морозова посчитала, что эти нормы законов носят дискриминационный характер, и обратилась в Конституционный Суд РФ.

Адвокат просила проверить соответствие некоторых статей трех законов, которые касаются этого случая, положениям Конституции РФ.

Законодателю предписано незамедлительно устранить неопределенность оспоренных норм

В своем определении КС РФ пояснил, что отнесение самозанятых россиян к числу лиц, подлежащих пенсионному страхованию и обязанных платить страховые взносы, само по себе не может расцениваться как не согласующееся с требованиями Конституции Российской Федерации.

Однако участие военных пенсионеров в обязательном пенсионном страховании «должно осуществляться на равных условиях с другими застрахованными лицами«, — указал КС РФ.

Как объяснил КС РФ, граждане начинают формировать пенсионные права позже других застрахованных граждан из числа самозанятых и по достижении пенсионного возраста могут и не приобрести права на пенсию.

При этом для таких граждан, как Ольга Морозова, законом не предусматривается возможности назначения страховой пенсии по старости на условиях неполного страхового стажа. В результате КС РФ «выявил неопределенность нормативного содержания применительно к объему, условиям формирования и реализации пенсионных прав адвокатов из числа военных пенсионеров«.

Вывод Конституционного Суда РФ — в этой части нормы признаны неконституционными. Законодателю предписано незамедлительно устранить неопределенность оспоренных норм.

Источник:

https://rg.ru/2020/01/29/ks-velel-popravit-zakony-o-pensii-advokatam-voennym-pensioneram.html

Кс указал госдуме исправить законы о «военных» адвокатах

Санкт-Петербург, 30 января 2020, 14:51 — REGNUM Конституционный суд России постановил исправить нормы о пенсиях адвокатов из числа военных пенсионеров. Документ суда опубликован на сайте КС РФ.

Конституционный суд — о законности повышения пенсии, отстранении адвоката и эксцессе исполнителя

Медный всадник и Конституционный суд Рф

Дарья Драй © ИА REGNUM

КС проверял конституционность некоторых пунктов и статей законов «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», «Об обязательном пенсионном страховании», «О страховых пенсиях» в связи с жалобой жительницы Московской области Ольги Морозовой.

Она получила статус адвоката только в 2017 году, при этом после увольнения из правоохранительных органов уже получает пенсию за выслугу лет.

Морозова рассчитала, что к 60 годам не успеет накопить нужный для выплаты страховой пенсии 15-летний стаж, так что попросила Налоговую службу не ставить ее на учет как плательщика страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Однако в налоговой ей отказали. Суды тоже согласились, что, раз военный пенсионер теперь работает сам, он должен встать на учет и платить взносы.

КС указал, что упомянутые в законе «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, …» имеют право получать одновременно и пенсию за выслугу лет, по инвалидности, и страховую пенсию по старости.

Однако военные пенсионеры могут не успеть накопить нужный стаж, так как начинают это делать позже других самозанятых, и это никак не учитывается, к тому же, возможности назначить страховую пенсию при неполном стаже тоже нет.

  • В итоге суд пришел к выводу, что оспариваемые нормы сами по себе не противоречат Основному закону просто потому, что признают адвокатов из числа военных пенсионеров страхователями по обязательному пенсионному страхованию и возлагают на них обязанность по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.
  • Однако при этом они все не соответствуют статьям 7 (часть 1), 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 39 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции России в той мере, «в какой они характеризуются неопределенностью нормативного содержания применительно к объему и условиям формирования и реализации в системе обязательного пенсионного страхования пенсионных прав адвокатов из числа военных пенсионеров, надлежащим образом исполняющих обязанности страхователя по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование».
  • Федеральный законодатель должен «незамедлительно принять меры», чтобы исправить ситуацию.

Конституционный суд постановил изменить нормы о пенсиях адвокатов

С.-ПЕТЕРБУРГ, 29 янв — РИА Новости. Конституционный суд (КС) России обязал законодателя изменить нормы, регламентирующие участие адвокатов из числа военных пенсионеров в системе обязательного пенсионного страхования, следует из материалов суда.

КС в среду опубликовал на официальном сайте постановление по делу о проверке конституционности положений части четвертой статьи 7 закона РФ «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу… «, а также подпункта 2 пункта 1 статьи 6, пункта 2.

2 статьи 22 и пункта 1 статьи 28 федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» и подпункта 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса РФ, а также частей 2 и 3 статьи 8, части 18 статьи 15 федерального закона «О страховых пенсиях».

Дело рассматривалось по жалобе жительницы Подмосковья Ольги Морозовой, которая является адвокатом, получающим пенсию за выслугу лет после увольнения из правоохранительных органов.

Статус адвоката Морозова получила в апреле 2017 года, а в июне обратилась в налоговую службу с просьбой не ставить ее на учет в качестве плательщика страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Морозова мотивировала это тем, что к 60-ти годам не успеет выработать требуемый для получения страховой пенсии по старости 15-летний страховой стаж и сформировать индивидуальный пенсионный коэффициент в размере 30.

Налоговая инспекция отклонила заявление Морозовой, и суды подтвердили это решение. Согласно их выводам, если военные пенсионеры относятся к категории лиц, самостоятельно обеспечивающих себя работой, они обязаны вставать на учет в качестве страхователей и уплачивать взносы. Заявительница посчитала, что соответствующие законодательные нормы носят дискриминационный характер и обратилась в КС.

КС пояснил, что отнесение самозанятых к числу лиц, подлежащих пенсионному страхованию и обязанных платить страховые взносы, само по себе не может расцениваться как не согласующееся с требованиями конституции. При этом участие военных пенсионеров в обязательном пенсионном страховании должно осуществляться на равных условиях с другими застрахованными лицами.

Однако, как отметил КС, они начинают формировать свои пенсионные права позже других застрахованных из числа самозанятых, и по достижении пенсионного возраста могут и не приобрести права на пенсию. При этом не предусматривается возможности назначения страховой пенсии по старости на условиях неполного страхового стажа.

КС признал оспариваемые нормы не соответствующими конституции «в той мере, в какой они характеризуются неопределенностью нормативного содержания применительно к объему и условиям формирования и реализации в системе обязательного пенсионного страхования пенсионных прав адвокатов из числа военных пенсионеров, надлежащим образом исполняющих обязанности страхователя по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование», отмечается в постановлении суда.

Законодателю предписано устранить неопределенность оспоренных норм «незамедлительно», указывается в постановлении КС РФ.

Кс признал неконституционными нормы о пенсии адвокатов из числа бывших силовиков

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 29 янв — РАПСИ, Михаил Телехов. Конституционный суд (КС) РФ обязал законодателей незамедлительно устранить неопределенность в нормах по формированию пенсии самозанятых адвокатов, получивших статус после увольнения из правоохранительных органов или из армии, говорится в новом постановлении КС, опубликованном на его официальном сайте.

Адвокат из силовиков

Как следует из материалов дела, жительница подмосковных Люберец Ольга Морозова – адвокат, получающая пенсию за выслугу лет после увольнения из правоохранительных органов.

В жалобе Морозовой говорится, что статус адвоката она получила в апреле 2017 года и уже в июне того обратилась в межрайонную инспекцию ФНС России №17 по Московской области с просьбой не ставить ее на учет в качестве плательщика страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Аргументировала адвокат свою просьбу тем, что к 60 годам она не успеет выработать требуемый для получения страховой пенсии по старости 15-летний страховой стаж и сформировать индивидуальный пенсионный коэффициент в размере 30.

Налоговый орган отказал Морозовой в ее просьбе, а суды это решение подтвердили, аргументировав это тем, что военные пенсионеры, если они относятся к категории лиц, самостоятельно обеспечивающих себя работой, обязаны вставать на учет в качестве страхователей и уплачивать взносы. Морозова посчитала, что нормы, на которые ссылались в налоговой инспекции и в судах, носят дискриминационный характер, и обратилась в КС.

КС согласился с позицией заявителя в том, что участие военных пенсионеров в обязательном пенсионном страховании должно осуществляться на равных условиях с другими застрахованными лицами.

Читайте также:  Перечень сведений, запрашиваемых судебным приставом у налоговых и банков, будет расширен (законопроект)

«Между тем они начинают формировать свои пенсионные права позже других застрахованных из числа самозанятых и по достижении пенсионного возраста могут и не приобрести права на пенсию. При этом для них не предусматривается возможности назначения страховой пенсии по старости на условиях неполного страхового стажа», — говорится в материалах суда.

  • Таким образом, КС выявил неопределенность нормативного содержания применительно к объему, условиям формирования и реализации пенсионных прав адвокатов из числа военных пенсионеров.
  • С одной стороны конституционны, с другой — нет
  • Подпункт 2 пункта 1 статьи 6, пункт 22 статьи 22 и пункт 1 статьи 28 Федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в РФ», подпункт 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса РФ, часть 4 статьи 7 Закона Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии РФ, органах принудительного исполнения РФ, и их семей», части 2 и 3 статьи 8, часть 18 статьи 15 Федерального закона «О страховых пенсиях» в их взаимосвязи с абзацем третьим пункта 1 статьи 7 Федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» признаны не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой они характеризуются неопределенностью нормативного содержания применительно к объему и условиям формирования и реализации в системе обязательного пенсионного страхования пенсионных прав адвокатов из числа военных пенсионеров, надлежащим образом исполняющих обязанности страхователя по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.
  • В этой части законодателю предписано незамедлительно устранить неопределенность.
  • Но те же нормы признаны не противоречащими Конституции РФ в той мере, в какой они, признавая адвокатов из числа военных пенсионеров страхователями по обязательному пенсионному страхованию, возлагают на них обязанность по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование с целью обеспечения их права на получение обязательного страхового обеспечения по обязательному пенсионному страхованию.
  • «В связи с этим дело Морозовой по административному исковому заявлению к межрайонной инспекции ФНС России №17 по Московской области, связанному с признанием ее плательщиком страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и постановкой на учет в этом качестве, не подлежит пересмотру», — говорится в постановлении КС.
  • Решение основано на ранее вынесенных правовых позициях суда.

Долгожданное для адвокатов постановление

Как сообщает «АГ», 17 июля Конституционный Суд РФ принял Постановление № 28-П по делу о проверке конституционности ст. 50 и 52 УПК РФ.

Суд подчеркнул, что участие в деле защитника по назначению после вступления в дело защитника по соглашению допустимо только при явном злоупотреблении правом на защиту со стороны обвиняемого или приглашенного им адвоката.

По мнению вице-президента ФПА РФ Геннадия Шарова, постановление КС РФ является долгожданным для защитников и других участников уголовного судопроизводства.

Постановив, что воспрепятствование субъективному праву на отказ от защитника по назначению недопустимо, если в таком ходатайстве следователь или суд не усмотрит попытку злоупотребления правом, Конституционный Суд РФ тем самым поддержал позицию Федеральной палаты адвокатов РФ и положительно решил проблему, на которую она неоднократно указывала.

«Коллизия защиты»

Поводом к рассмотрению дела послужила жалоба Юрия Кавалерова (есть у «АГ»), в отношении которого в феврале 2010 г. было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159, ч. 2 ст. 291 УК РФ.

В июле 2016 г. дело поступило в Кызылский городской суд Республики Тыва, который назначил подсудимому защитника за счет средств федерального бюджета. В январе 2018 г. суд назначил Кавалерову и другим обвиняемым по данному делу еще одного защитника. В том же месяце подсудимый подал ходатайство об отводе вновь назначенного адвоката, которое суд не удовлетворил.

В ноябре 2018 г. родственники Юрия Кавалерова, находящегося под стражей, заключили соглашение с приглашенным адвокатом, который на следующий день был допущен судом к участию в деле.

В судебном заседании он заявил ходатайство об отводе ранее назначенных защитников, которое поддержал и подсудимый.

Однако суд ходатайство отклонил, мотивируя тем, что отказ от защитника не является обязательным для суда, а обстоятельства, исключающие участие в деле защитников по назначению, отсутствуют.

Обращаясь в КС РФ, заявитель указал, что ст.

50 УПК РФ противоречит положениям Конституции РФ, позволяя суду не ограничивать количество защитников на одного подсудимого, что приводит к манипулированию правом на квалифицированную юридическую помощь.

Кроме того, указанная норма позволяет судебному сообществу допускать одновременное участие в деле защитников по назначению и по соглашению, что способствует возникновению множественной (двойной) защиты без воли на то доверителя.

Заявитель добавил, что согласно ч. 1 ст. 52 УПК РФ отказ от помощи защитника может иметь место в любой момент уголовного судопроизводства и допустим только по инициативе подозреваемого, обвиняемого.

В жалобе подчеркивается, что реализация права пользоваться помощью адвоката в уголовном судопроизводстве не может зависеть от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится дело, «т.е.

от решения, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, предусматривающих обязательное участие защитника в уголовном судопроизводстве, в том числе по назначению».

Таким образом, сообщается в жалобе, правовая позиция КС, выраженная в определениях от 17 октября 2006 г. № 424-О, от 8 февраля 2007 г. № 251-О-П и др.

, не воспринята судебной практикой, а толкование норм ст.

50 и 52 УПК не в соответствии с конституционно-правовым смыслом, выявленным КС, привело к ущемлению прав Юрия Кавалерова, в том числе на квалифицированную юридическую помощь и судебную защиту.

Недопустимо навязывать лицу конкретного защитника, от которого оно отказалось

Рассмотрев жалобу, Конституционный Суд указал, что право на защиту, гарантированное ч. 2 ст. 48 Конституции, во взаимосвязи с положениями международно-правовых актов и по смыслу правовых позиций КС РФ, выраженных в постановлениях от 27 марта 1996 г. № 8-П, от 29 ноября 2010 г.

№ 20-П, предполагает возможность выбора защитника.

Это позволяет достичь эффективности как получаемой юридической помощи, так и судебной защиты в целом, поскольку осуществление представительства в деле адвокатом, которому подзащитный доверяет и с которым он может согласовать стратегию защиты, максимально способствует реализации его законных интересов.

КС РФ добавил, что в ст. 5 и п. 1 ст. 6 Кодекса профессиональной этики адвоката также подчеркивается, что взаимодействие адвокатом с доверителем носит лично-доверительный характер.

В то же время, отмечается в постановлении, в силу публично-правовой природы оказания юридической помощи подозреваемому, обвиняемому его право на выбор конкретного защитника или на отказ от его услуг может быть ограничено в интересах правосудия для обеспечения быстрой, справедливой и эффективной судебной защиты не только данного лица, но и других участников дела, включая потерпевших. Основаниями для ограничения могут быть, в частности, отказ или неспособность подозреваемого или обвиняемого защищать себя лично, ненадлежащая защита его интересов, наличие поводов для отвода защитника, его длительная неявка и иные обстоятельства.

Конституционной Суд подчеркнул, что аналогичной позиции придерживается и Европейский суд по правам человека, оценивая соблюдение подп. «c» п. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

По мнению ЕСПЧ, обвиняемый должен иметь возможность обратиться за правовой помощью по своему выбору, что признается в международных стандартах прав человека способом обеспечения результативной защиты для обвиняемого.

Однако, несмотря на значение доверительных отношений между адвокатом и доверителем, данное право может при необходимости определенным образом ограничиваться в случаях бесплатной юридической помощи и если интересы правосудия требуют, чтобы обвиняемый был представлен адвокатом, назначенным судом.

Внутригосударственные власти должны учитывать желание подзащитного в части его выбора представителя, но могут пренебречь этим желанием при наличии относимых и достаточных оснований. Там, где основания отсутствуют, ограничения в свободном выборе адвоката могут повлечь нарушение п. 1 ст.

6 Конвенции наряду с указанной выше нормой, если это отрицательно сказалось на защите обвиняемого.

Со ссылкой на свои ранее высказанные позиции КС напомнил, что в УПК РФ прямо закреплено право подозреваемого, обвиняемого отказаться от помощи защитника в любой момент производства по уголовному делу, пригласить другого защитника или нескольких.

В то же время Кодекс установил случаи обязательного участия защитника в уголовном судопроизводстве и обязанность дознавателя, следователя и суда обеспечить участие защитника в форме его назначения при неявке приглашенного защитника в установленный законом срок.

При этом постановление о назначении защитника не влечет отстранения от участия в деле защитника по соглашению (определения КС РФ от 28 июня 2018 г. № 1409-О и № 1412-О).

Обоснованность отказа от защитника должна оцениваться, в том числе, исходя из указанных в ст. 72 УПК РФ обстоятельств, исключающих его участие в деле, а также с учетом норм ст. 6 и 7 Закона об адвокатуре, закрепляющих полномочия и обязанности адвоката. Вместе с тем, добавил Суд, ч. 2 ст. 52 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 1 той же статьи и ст.

51 и не наделяя отказ от защитника свойством обязательности для дознавателя, следователя и суда, предполагает, что при разрешении соответствующего заявления в каждом случае следует установить, является ли волеизъявление лица свободным и добровольным и нет ли причин для признания отказа вынужденным и причиняющим вред его законным интересам.

«Тем самым названные нормы, будучи публично-правовыми гарантиями защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, направленными на защиту прав подозреваемого, обвиняемого, не предполагают возможности навязывать лицу конкретного защитника, от которого оно отказалось, исключают принуждение лица к реализации его субъективного права вопреки его воле. Осуществление права пользоваться помощью защитника на любой стадии процесса не может быть поставлено в зависимость от произвольного усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, т.е. от решения, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, предусматривающих обязательное участие защитника в уголовном судопроизводстве, в том числе по назначению», – сообщается в документе.

Читайте также:  Входит ли больничный в расчет отпускных?

Суд подчеркнул, что УПК РФ прямо не регламентирует ситуацию, связанную с участием в деле защитника по назначению, от которого подозреваемый (обвиняемый) отказывается при одновременном участии в деле защитника по соглашению.

Такой отказ, полагает КС РФ, не может рассматриваться как отказ от защитника вообще, так как право на получение квалифицированной юридической помощи предполагается обеспеченным, а потому положение ч. 2 ст.

52 УПК РФ о необязательности отказа от защитника для дознавателя, следователя и суда в данном случае не может применяться со ссылкой на защиту прав подозреваемого (обвиняемого).

«Тем не менее это не исключает возможности оставить без удовлетворения заявление лица об отказе от защитника по назначению при злоупотреблении правом на защиту со стороны этого лица, а также приглашенного защитника. Критерии наличия такого злоупотребления выработаны судебной практикой», – отмечается в постановлении.

Так, Пленум Верховного Суда РФ в п. 18 Постановления от 30 июня 2015 г.

№ 29 указал, что суд может не признать право обвиняемого на защиту нарушенным в тех случаях, когда отказ в удовлетворении ходатайства либо иное ограничение в реализации отдельных правомочий обвиняемого или его защитника обусловлены явно недобросовестным использованием ими этих правомочий в ущерб интересам других участников процесса в силу ч. 3 ст. 17 Конституции.

По мнению ВС РФ, непринятие судом отказа подсудимого от назначенных защитников и одновременное участие по делу приглашенных и назначенных защитников могут быть – с учетом конкретных обстоятельств, характеризующих поведение обвиняемого и защитников, – признаны не противоречащими закону и не нарушающими право на защиту.

«Соответствующими обстоятельствами могут признаваться, в частности, сделанные неоднократно и без каких-либо оснований заявления о замене защитника, его неявка под разными предлогами в судебное заседание, т.е. действия, явно направленные на воспрепятствование нормальному ходу судебного разбирательства и указывающие на злоупотребление правом (Определение ВС РФ от 25 июля 2012 г. по делу № 5-Д12-65)», – сообщается в постановлении.

Таким образом, резюмировал Конституционный Суд РФ, оспариваемые нормы УПК РФ не могут расцениваться как противоречащие Конституции, поскольку не позволяют дознавателю, следователю или суду оставлять без удовлетворения заявление лица об отказе от защитника по назначению при участии в уголовном деле защитника по соглашению, если в поведении этого лица и приглашенного защитника отсутствуют признаки злоупотребления правом на защиту. Применение впредь данных положений вопреки указанному в данном постановлении конституционно-правовому смыслу не допускается.

Процессуальные решения, вынесенные по делу заявителя, КС РФ признал подлежащими пересмотру, если для этого нет иных препятствий, не предполагается повторное совершение процессуальных действий, если присутствие в деле адвоката по назначению после непринятого отказа от него не сказалось отрицательно на защите обвиняемого с учетом разбирательства в целом.

КС разрешил противоречие

По мнению вице-президента Федеральной платы адвокатов РФ Геннадия Шарова, данное постановление является долгожданным для адвокатов и других участников уголовного судопроизводства.

«Нередко при наличии адвоката по соглашению у подсудимого и его отказе от адвоката по назначению следователь и суд тем не менее отказывают в удовлетворении этого ходатайства, – пояснил он. – Прежде КС неоднократно разъяснял, что субъективное право гражданина на защиту нельзя навязывать. От этого права он волен отказаться.

Вместе с тем в УПК существует статья о том, что защитника освобождают от участия в процессе (по заявлению обвиняемого) только следователь или суд».

Таким образом, добавил Геннадий Шаров, долгое время существовало противоречие, которое сейчас разрешил КС, постановив, что воспрепятствование субъективному праву на отказ от защитника по назначению недопустимо, если в таком ходатайстве следователь или суд не усмотрит попытку злоупотребления правом. Тем самым Конституционный Суд РФ поддержал позицию Федеральной палаты адвокатов РФ и положительно решил проблему, на которую она неоднократно указывала (см., например, решение Совета ФПА РФ о двойной защите).

Советник ФПА РФ Сергей Бородин в свою очередь отметил, что в практике устоялось понимание, что ч. 1 ст. 52 УПК РФ в части регулирования отказа от защитника не работает, в отличие от ч. 2 этой статьи.

«Если подозреваемый (обвиняемый) обеспечен участием защитника, то в случае его неявки в течение пяти суток отказ от назначенного защитника ни следователем, ни судом принят не будет, – пояснил он. – Формально это означает принудительное участие защитника, и практика это принимает.

Даже в комментируемом постановлении можно увидеть такие обоснования: “право на отказ от услуг защитника может быть ограничено в интересах правосудия”, или ссылку на решение ЕСПЧ: “интересы правосудия могут требовать назначения защитника против желания обвиняемого”».

Кроме того, добавил Сергей Бородин, не следует забывать о ч. 2 ст.

75 УПК РФ, относящей к недопустимым доказательствам показания подозреваемого (обвиняемого), которые он дал в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные им в суде.

«По этой причине ни один здравомыслящий следователь не будет допрашивать подозреваемого (обвиняемого) без защитника, и тем более не примет отказ от назначенного защитника», – резюмировал он.

Подробная информация опубликована на сайте «АГ».

Как предлагаемые поправки в Конституцию повлияют на судебную систему :: Общество :: РБК

По его мнению, в дальнейшем такой порядок можно применить не только к законопроектам, но и к проектам других нормативно-правовых актов. «Предложение делается исходя из сложившейся практики. Этого явно сегодня не хватает», — заключил президент.

К чему приведет отстранение судей через парламент

В последние годы в российское публичное поле не попадали скандалы, связанные с судьями Верховного или Конституционного судов. «Независимость судей не должна быть абсолютной.

Потому что тогда возникает некая каста неприкасаемых, которые могут выносить любые решения, в том числе противозаконные. Нужен определенный противовес. Таким противовесом как раз и предложено быть Совету Федерации.

С моей точки зрения, очень удачно выбран орган, который может выступить инициатором отстранения от должности федеральных судей, судей Верховного и Конституционного судов.

Мне кажется, найден оптимальный баланс», — сказал РБК ректор Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина Виктор Блажеев, который входит в сформированную президентским указом рабочую группу по подготовке поправок в Конституцию.

Он напомнил, что сейчас федеральные судьи назначаются указом президента, а судьи высших судов — верхней палатой Федерального собрания, «и здесь не возникает вопроса о независимости». «Система не должна быть сама в себе. Она должна ощущать, что нужен внешний контроль со стороны других органов», — подытожил Блажеев.

Однако его точку зрения разделяют не все эксперты. Президентское предложение «направлено на усиление бюрократии со Старой площади», считает федеральный судья в отставке Сергей Пашин. «Не лично президент будет все это решать, а его чиновники.

Когда судей назначают, эти чиновники имеют очень важный голос.

А сейчас они смогут еще и терроризировать судей Верховного и Конституционного судов, поскольку представления о чести и достоинстве у бюрократии одно, а у справедливого правосудия — совсем другое», — сказал Пашин.

По его мнению, выдвинутая идея «идет вразрез с представлениями о независимости судебной власти, да и европейской практикой, где этими вопросами занимаются в той или иной степени сами судьи или по крайней мере органы юстиции, и делается это судоподобным порядком, когда судье предъявляется обвинение».

Само понятие «проступка, порочащего честь и достоинство» судьи, «весьма растяжимое», поскольку дисциплинарного кодекса у российских судей нет, напомнил Пашин.

«Поведение судей регулируется, во-первых, законом «О статусе судей», а во-вторых, постановлением пленума Верховного суда о дисциплинарной практике. Там даны достаточно витиеватые определения, но тем не менее устоявшаяся практика существует.

Сейчас эта практика может быть существенно изменена в соответствии с тем, что будет угодно начальству», — сказал Пашин.

Предложенная новелла носит спорный характер, считает старший партнер коллегии адвокатов Pen & Paper, бывший сенатор Константин Добрынин. Если президент и законодательные органы получат право отстранять судей Конституционного и Верховного судов, то «мы можем потерять независимость судебной власти и получить подчинение судебной власти главе государства», уверен он.

С критикой предложений Путина выступил и глава Федеральной палаты адвокатов Юрий Пилипенко. «Есть опасения, что эта новелла может негативно повлиять на независимость судей», — заявил он «РИА Новости», комментируя возможность отстранения судей через парламент.

Как на функционировании КС скажется рецензирование законопроектов

Проверка законопроектов увеличит объем работы Конституционного суда, но ей будет подвергаться далеко не каждый законопроект, полагает Блажеев. «Речь идет, наверное, о наиболее общественно значимых и важных. С моей точки зрения, расширение полномочий КС выглядит вполне разумным.

Например, в Германии Конституционный суд может рассматривать даже конкретные дела, если речь идет о нарушении основных конституционных прав гражданина», — говорит ректор МГЮА.

Он полагает, что проверке КС могут подлежать также законы, которые будут приниматься субъектами Российской Федерации, поскольку в них «тоже могут быть определенные угрозы, ведь у нас не во всех субъектах есть уставные и конституционные суды».

Предложение подвергать законопроекты проверке КС не повышает авторитет этой инстанции, а, наоборот, умаляет его, убежден, в свою очередь, Пашин.

«Для законопроектов есть органы поскромнее: это Министерство юстиции, государственно-правовое управление президента.

С какой стати Конституционный суд должен разбираться в законопроектах? Есть старый принцип римского права: претор пустяками не занимается. Конституционный суд не должен быть филиалом канцелярии», — полагает Пашин.

По его словам, идея наделить КС подобными полномочиями обсуждалась во время работы надзаконом «О Конституционном суде», принятом в 1994 году, и от нее решили отказаться. Причина в том, что дополнительные полномочия КС поставили бы его в двусмысленное положение, поскольку основная задача суда — анализ на соответствие Конституции действующих законов.

«В случае если КС одобрит законопроект, как он сможет потом пересматривать конституционность закона, принятого на основании этого законопроекта? КС окажется в неловком положении. Это примерно как обязать Арбитражный суд участвовать в сделке, чтобы подтверждать ее законность.

А потом что же делать, если одна из сторон оспорит сделку?» — объяснил судья в отставке.

«Я не вижу здесь усиления роли КС. В этом есть странное вторжение судебной власти в полномочия власти законодательной и в законодательную процедуру», — полагает адвокат Добрынин.

Пилипенко, говоря о проверке законопроектов со стороны КС, заявил: «Мы видим вторжение судебной власти в сферу компетенции Федерального собрания».

Маргарита Алехина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *