Требования при банкротстве нужно оценивать строже: позиция вс

В процедурах банкротства есть немало «подводных камней», которые могут серьезно усложнить жизнь конкурсного управляющего. Как поступать в процедурах банкротства при наличии встречных обязательств разбирали наши эксперты. (Определение ВС РФ № 309-ЭС18-20599 от 18.12.2018 года).

Суть дела

Заказчик заключил договор с подрядчиком на строительство объектов в нефтяной отрасли. Одновременно стороны подписали контракт на поставку со стороны заказчика подрядчику материалов и оборудования для ведения работ. Подрядчик использовал ТМЦ в строительстве, затем сдавал объекты заказчику, получал от него деньги и оплачивал оборудование и материалы.

Вскоре, арбитраж признал подрядчика банкротом. Конкурсный управляющий, изучив его бухгалтерию, выяснил, что уже после принятия заявления о признании подрядчика банкротом, последний перечислил заказчику крупные суммы денежных средств в счет оплаты полученных ТМЦ.

Тогда управляющий направил заявление в суд и потребовал признать часть платежей недействительными и вернуть их в конкурсную массу.

Теория

Закон запрещает совершать сделку с банкротом, когда она может оказать большее предпочтение одному кредитору в удовлетворении его требований по сравнению с другими кредиторами. В данном случае суд вправе признать ее недействительной, если она совершена в течении месяца до признания должника банкротом или после такого признания. Итог.

Арбитраж удовлетворил требования заявителя. Однако вышестоящие инстанции отменили решение и отказали в удовлетворении требований. Вынося Постановления, они сослались на Определение ВС РФ № 304-ЭС17- 14946 от 29.01.2018 года.

Суды отметили, что здесь также налицо два взаимосвязанных договора: подряда и поставки.

Заказчик направляет подрядчику ТМЦ, последний с их помощью проводит работы, заказчик их оплачивает, а подрядчик, в свою очередь, платит за оборудование и материалы.

Следовательно, сторонам надо соотнести взаимные предоставления и определить их окончательные обязанности. Поэтому данные платежи не подлежат оспариванию по основаниям, указанным в заявлении управляющего. В этом случае у заказчика нет предпочтения перед иными кредиторами. Кроме того, отсутствуют доказательства, что эти платежи нанесли им вред.

Требования при банкротстве нужно оценивать строже: позиция ВС

Также рекомендую прочитать эту статью

Как составить исковое заявление в суд о взыскании задолженности по договору

О чем статья? Статья посвящена освещению особенностей составления исковых заявлений о взыскании задолженностей в рамках различных договоров.  Кому  и  чем  будет

Продолжить чтение

Позиция ВС РФ

ВС РФ оставил в силе решения судов и отказал конкурсному управляющему в рассмотрении жалобы в Судебной коллегии по экономическим спорам. При этом, судья рассматривающий материалы просто сослался на аргументы нижестоящих инстанций и не стал подробно обосновывать свою позицию.

Мнение эксперта

К сожалению, суды невнятно аргументировали свои решения. Отказывая конкурсному управляющему, они опирались на Определение ВС РФ № 304-ЭС17- 14946. В нём ВС РФ принял решение по аналогичным правоотношениям. Однако в том деле был взаимозачет требований только по письму заказчика.

Стороны просто определили завершающее сальдо по всем подрядным сделкам. Подрядчик не направлял заказчику платежи после возбуждения дела о банкротстве. А в данном случае платежи были. И суд признал их текущими, так как обязательства подрядчика возникали с каждой поставкой ТМЦ уже после подачи заявления.

В нашей практике были случаи, когда кредиторы уже после возбуждения дела о банкротстве совершали поставки в адрес должника. Это делалось для того, чтобы у него не остановилась хозяйственная деятельность. И платежи должника признавались текущими. Здесь похожая ситуация.

Однако суды только вскользь указали на данный аспект.

Обзор ВС по субординации требований при банкротстве: новые возможности кредиторов

  • 29 января Президиум Верховного Суда (ВС) утвердил Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.
  • В Обзоре ВС сформулировал правовые позиции по одной из наиболее актуальных проблем в сфере законодательства о банкротстве – субординации (понижении очередности) требований аффилированных с должником кредиторов.
  • Наличие аффилированности с должником само по себе не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования
  • Аффилированные с должником лица нередко пытаются занять доминирующее положение в реестре требований кредиторов банкрота, чтобы получить контроль над процедурой и обеспечить свои имущественные интересы в деле о несостоятельности должника.
  • Для достижения такой цели аффилированные кредиторы предпринимают попытки включить в реестр фиктивные требования, основанные на искусственно созданной задолженности, либо реальные требования, но корпоративные по своей правовой природе.

Цель субординации – защита независимых кредиторов от конкуренции с требованиями аффилированных с должником лиц. До публикации Обзора судебная практика по ключевым вопросам субординации требований кредиторов при банкротстве не была однозначной.

В Обзоре ВС указал, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что такой кредитор относится к числу аффилированных с должником или контролирующих его лиц (п. 2 Обзора).

Вышеуказанное разъяснение представляется ключевым положением Обзора, поскольку в нем ВС установил общее правило, согласно которому требования аффилированных с должником кредитором не подлежат субординации по умолчанию.

Отдельного упоминания удостоились публично-правовые образования: ВС указал, что участие таких образований в формировании уставного капитала должника само по себе не является основанием для понижения в очередности их требований к должнику (п. 13 Обзора).

Требование не подлежит субординации, если аффилированный кредитор докажет экономическую целесообразность финансирования должника

В Обзоре ВС определил следующие способы финансирования со стороны аффилированных лиц, требования которых могут быть квалифицированы в качестве компенсационного финансирования и понижены в очередности в случае банкротства должника:

  • финансирование, оформленное договором займа (п. 3.1 Обзора);
  • отказ от принятия мер к истребованию задолженности (п. 3.2 Обзора);
  • финансирование путем предоставления отсрочки платежа (п. 3.3 Обзора).

ВС возложил на аффилированного с должником кредитора бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование к должнику в деле о банкротстве (п. 1 Обзора).

Неустраненные контролирующими должника лицами (КДЛ) сомнения относительно того, является ли предоставленное им финансирование в пользу должника компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов банкрота (п. 3.4 Обзора).

  1. В случае противодействия со стороны независимых кредиторов и при непредоставлении аффилированным лицом таких доказательств существует риск квалификации сделки, на которой основано требование, как мнимой и отказа во включении требования в реестр.
  2. В этой связи мы рекомендуем кредиторам заблаговременно собирать доказательственную базу, подтверждающую наличие у них разумных экономических причин заключения и исполнения сделок по финансированию аффилированных должников.
  3. Требование контролирующего лица, возникшее в ситуации имущественного кризиса, подлежит понижению в очередности
  4. ВС предусмотрел ряд критериев, при наличии которых установленные в реестре требования аффилированных кредиторов, в том числе контролирующих должника лиц, подлежат понижению в очередности.

В частности, субординации подлежит требование КДЛ, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, то есть в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности (п. 3 Обзора).

Аналогичным образом понижаются в очередности требования, перешедшие к КДЛ в связи с заменой независимого кредитора в обязательстве, если основание такого перехода возникло в ситуации имущественного кризиса (п. 6 Обзора), в том числе:

  • суброгационное требование, возникшее у КДЛ в связи с исполнением обязательств за должника в пользу независимого кредитора (п. 6.1 и п. 6.3 Обзора);
  • требование, приобретенное КДЛ у независимого кредитора по договору уступки права требования (п. 6.2 Обзора).

При этом действия аффилированного лица, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования к банкроту (например, уступка права требования внешне независимому кредитору), такую очередность не изменяют (п. 7 Обзора).

Под угрозой субординации также находятся займы КДЛ, предоставленные в начальный период деятельности должника, если не установлено иных целей такого финансирования, кроме как перераспределения риска КДЛ на случай банкротства должника (п. 9 Обзора).

Наличие письменного согласия независимых кредиторов на финансирование должника защитит требование аффилированного лица от субординации

Требование аффилированного с должником кредитора, не имеющего статуса КДЛ, подлежит субординации, если оно основано на предоставлении должнику компенсационного финансирования под влиянием КДЛ (п. 4 Обзора).

Понижению в очередности подлежит требование аффилированного лица, если оно возникло в связи с исполнением им обязательства должника в пользу независимого кредитора (например, в связи с погашением задолженности такого лица по кредитному договору) (п. 5 Обзора).

В этой связи для минимизации риска субординации требований аффилированного лица перед предоставлением должнику заемного финансирования мы рекомендуем получить письменное согласие большинства независимых кредиторов.

При наличии соглашения с мажоритарным кредитором о предоставлении компенсационного финансирования суд квалифицирует такое финансирование в качестве досудебной санации (ст. 31 Закона о банкротстве).

При этом важно, чтобы соглашение между банком и мажоритарным кредитором не нарушало права миноритарных кредиторов. В противном случае существует вероятность признания такого соглашения недействительным по требованию заинтересованных лиц.

Если компенсационное финансирование не позволит должнику восстановить платежеспособность, согласование решения о предоставлении финансирования с мажоритарным кредитором защитит требование кредитора от субординации (п. 10 Обзора).

Предоставление финансирования должнику по общему правилу не свидетельствует о возникновении у банка статуса КДЛ

Предоставляя компенсационное финансирование, КДЛ нередко рассчитывают не столько на получение выгоды в виде согласованной сторонами суммы процентов по договору, сколько на участие в распределении всей потенциальной прибыли должника.

Обратная ситуация обычно складывается у банков, заинтересованных в получении дохода за счет обслуживания долга. Для обеспечения возврата кредита банк нередко включает в соглашение с должником условие о получении права на участие в управлении последним.

Такое соглашение может быть оформлено путем заключения между банком и мажоритарным акционером (участником) должника договора репо или корпоративного договора, по условиям которых банк получает долю участия в должнике до полного погашения задолженности.

В Обзоре ВС установил, что в подобных случаях презюмируется отсутствие у банка цели участвовать в распределении всей предполагаемой прибыли должника, в связи с чем не имеется оснований рассматривать его в качестве КДЛ (п. 11 Обзора).

  • В отсутствие доказательств обратного наличие у банка права контролировать деятельность должника в пределах, необходимых для возврата кредитной задолженности, не является основанием для субординации его требования.
  • Такая позиция рекомендуется к использованию в спорах, в которых кредиторы и арбитражные управляющие требуют привлечь банк к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с финансированием деятельности должника в предбанкротный период.
  • Привлечение КДЛ к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов влечет исключение его требования из реестра

Применительно к субсидиарной ответственности важное значение имеет разъяснение ВС о том, что решение о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов влечет исключение его требования из реестра (п. 8 Обзора).

Читайте также:  Кто должен перейти на онлайн-кассы в 2019 году

Если такое требование включено в реестр в процедуре, в которой заинтересованное лицо является независимым кредитором, мы советуем заявить требование о пересмотре судебного акта о включении требования КДЛ в реестр в порядке главы 37 АПК.

В случае же понижения очередности требований аффилированного кредитора важно отметить, что субординация требований не лишает его большинства процессуальных возможностей лица, участвующего в деле о банкротстве (п. 14 Обзора).

В частности, такой кредитор вправе участвовать в судебных заседаниях по делу о банкротстве, обжаловать судебные акты, заявлять возражения против требований кредиторов, участвовать в собраниях кредиторов без права голоса и осуществлять иные права.

Важным разъяснением ВС также является то, что выбор кандидатуры арбитражного управляющего либо СРО арбитражных управляющих определяется решением кредиторов, не относящихся к числу КДЛ или иных аффилированных с должником лиц (п. 12 Обзора).

Обращаем внимание на возможность независимых кредиторов оспорить судебный акт и / или решение собрания кредиторов о выборе кандидатуры арбитражного управляющего, назначенного по инициативе аффилированных с должником лиц.

Станислав Петров, адвокат, руководитель практики банкротства Юридической фирмы «Инфралекс» (https://zakon.ru/s.n.petrov)

Сергей Хухорев, адвокат, старший юрист практики банкротства Юридической фирмы «Инфралекс» (https://zakon.ru/skhukhorev)

Владимир Исаенко, юрист практики банкротства Юридической фирмы «Инфралекс» (https://zakon.ru/isaenko)

Вс рф устранил ряд противоречий и сформулировал новые позиции при рассмотрении дел о банкротстве

Юрий Борискин

Источник: Журнал «Юрисконсульт в строительстве»

По результатам рассмотрения ВС РФ некоторых дел о несостоятельности (банкротстве) были сформулированы правовые позиции, имеющие важное значение для судебной практики и развития российского законодательства в этом направлении.

В частности, многие существовавшие ранее противоречия, которые ВАС РФ так и не сумел разрешить, были устранены.

Сегодня я рассмотрю новые подходы и сформулированные позиции ВС РФ, отраженные в наиболее значимых и интересных, на мой взгляд, судебных актах, принятых Судебными коллегиями по экономическим спорам ВС РФ в 2015—2016 гг.

Методы борьбы с недобросовестными кредиторами должника-банкрота

Обстоятельства дела

ОАО «З» обратилось в Арбитражный суд в рамках дела о банкротстве ООО «Н» № А45−26 872/2014 с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов. В обоснование указанных требований общество сослалось на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Новосибирской области, оставленное без изменений постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда.

ООО «Н» в общем порядке и его временный управляющий Б. в порядке п. 24 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» обратились в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа с кассационными жалобами на решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа кассационные жалобы общества и его временного управляющего были оставлены без удовлетворения.

При этом, отказывая в удовлетворении жалоб, суд округа указал, что представленные временным управляющим Б. новые доказательства не могут быть приняты на стадии кассационного производства в силу особенностей процессуального законодательства.

Постановление суда кассационной инстанции было обжаловано в ВС РФ.

Позиция ВС

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего Б., разъяснила процессуальный порядок оспаривания арбитражным управляющим и конкурсными кредиторами судебных актов, на которых основаны требования кредиторов, заявленные в деле о банкротстве, при этом сформулировала следующие правовые позиции.

  • Дело
  • О праве оспаривания арбитражным управляющим и конкурсными кредиторами судебных актов, на которых основаны требования кредиторов, заявленные в деле о банкротстве.
  • Реквизиты решения

Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда Р Ф от 24 декабря 2015 г. № 304- ЭС15−12 643 по делу № А45−6961/2014.

  1. Требования заявителя
  2. Отменить судебный акт, на котором основаны требования кредитора, заявленные в деле о банкротстве.
  3. Суд решил
  4. Отменить постановление суда кассационной инстанции и вместе с тем разъяснить процессуальный порядок оспаривания арбитражным управляющим и конкурсными кредиторами судебных актов, на которых основаны требования кредиторов, заявленные в деле о банкротстве.

Суд кассационной инстанции и Судебная коллегия ВС РФ ограничены в полномочиях по сбору и оценке доказательств, такими полномочиями обладают только суды первой и апелляционной инстанций.

В этой связи право на обжалование судебных актов должно осуществляться таким образом, чтобы гарантии, обеспечивающие возможность представления новых доказательств и заявления новых доводов, могли быть осуществимы с учетом соблюдения принципа последовательного обжалования судебных актов.

Согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ на лиц, обращающихся с жалобой в соответствии с п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35, не распространяются положения ст. 42 АПК РФ, поскольку обжалуемыми судебными актами их права и обязанности непосредственно не затрагиваются, и суд напрямую о них не высказывается.

Согласившись с указанной позицией по существу, судебная коллегия отметила схожесть правового положения двух указанных категорий лиц, которая заключается в том, что до момента подачи жалобы они не участвуют в разрешении спора, а потому вступление таких лиц в дело должно осуществляться по одним и тем же правилам.

Порядок вступления в дело лиц, обращающихся с жалобой в соответствии со ст. 42 АПК РФ и желающих представить новые доказательства по спору, разъяснен в п. 22 постановления Пленума ВАС РФ от 28 мая 2009 г.

№ 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в соответствии с которым жалобу таких лиц следует рассматривать применительно к правилам рассмотрения заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ пришла к выводу о том, что к жалобам арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов, которые желают представить новые доказательства, должны применяться правила, регулирующие порядок рассмотрения заявлений о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в суде апелляционной инстанции.

Судьба акцессорных обязательств при новации основного долга против воли кредитора

Обстоятельства дела

Между АКБ «С» и ООО «К» заключен кредитный договор. В обеспечение исполнения обязательств по данному договору ООО «Р» предоставило поручительство и объект недвижимости в залог банку. Впоследствии банк уступил ООО «В» все права требования по кредитному договору, а также по договорам, которыми обеспечено основное обязательство.

В рамках дела о банкротстве заемщика требования общества в сумме 146 057 402,99 руб. были включены в реестр требований кредиторов ООО «К». Требования общества на аналогичную сумму по делу о банкротстве ООО «Р» также признаны обоснованными, в том числе как обеспеченные залогом имущества должника.

В рамках дела о банкротстве заемщика судом утверждено мировое соглашение, производство по делу о банкротстве прекращено. По условиям мирового соглашения обязательства ООО «К» перед ООО «В» уменьшились до 81 498,38 руб. Суды установили, что обязательство по оплате данной суммы заемщиком исполнено.

Конкурсный управляющий ООО «Р» А. исключила общество из реестра требований кредиторов, расценив уплату ООО «К» задолженности по мировому соглашению как исполнение основного, новированного обязательства.

Полагая действия конкурсного управляющего по исключению общества из реестра незаконными, последнее обратилось в арбитражный суд с жалобой.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что мировым соглашением изменен порядок исполнения кредитного договора, однако сам договор не расторгнут и продолжает действовать, ввиду чего нет оснований считать кредитное обязательство исполненным. Также суды, сославшись на положения статьи 16 АПК РФ, отметили, что задолженность по кредитному договору взыскана в общеисковом порядке, в связи с чем исключение требований общества, основанных на вынесенных по этим делам решениях, противоречит принципу обязательности судебных актов. Придя к выводу, что должником не представлено соглашения о прощении его долга как поручителя и залогодателя по кредитному договору, суды сделали вывод о том, что А. необоснованно исключила общество из реестра требований кредиторов должника.

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций в части удовлетворения жалобы, суд округа отметил гражданско-правовую природу мирового соглашения как сделки, на основании которой могут изменяться права и обязанности сторон договора. Указав на то, что в силу особенностей правового регулирования главы VШ Федерального закона от 26 октября 2002 г.

  • № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заключение мирового соглашения возможно даже при отсутствии согласия всех конкурсных кредиторов должника, суд округа пришел к выводу, что заключением мирового соглашения объем обязательств кредитора был фактически уменьшен, в связи с чем прекратилось и дополнительное обязательство поручителя (ООО «Р»), а поэтому действия конкурсного управляющего, исключившего общество из реестра в связи с исполнением обязательства, являются правомерными.
  • В связи с указанными обстоятельствами ООО «В» обратилось за защитой своего права в ВС РФ.
  • Позиция ВС РФ

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Р Ф, рассмотрев кассационную жалобу, установила, что в рамках указанного обособленного спора на разрешение судов фактически был передан вопрос о том, какой эффект в отношении обеспечительных обязательств имеет утверждение мирового соглашения в деле о банкротстве заемщика, если таким соглашением уменьшается объем основного обязательства, с учетом того, что согласно положениям подп. 1 п. 1 ст. 352 и п. 1 статьи 367 ГК РФ поручительство и залог прекращаются с прекращением основного обязательства.

  1. Дело
  2. Об утверждении в рамках дела о банкротстве заемщика мирового соглашения, на основании которого его обязательства по кредиту уменьшены (вопреки воле кредитора), и их исполнение в таком объеме не влекут аналогичного уменьшения и прекращения поручительства и залога, обеспечивающих исполнение указанного основного обязательства.
  3. Реквизиты решения

Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда Р Ф от 14 июня 2016 г.
№ 308-ЭС16−1443 по делу № А61−2409/2010.

  • Требования заявителя
  • Признать действия конкурсного управляющего по исключению общества из реестра незаконными.
  • Суд решил
  • Признать незаконными действия конкурсного управляющего, выразившиеся в исключении общества из реестра и обязать конкурсного управляющего устранить допущенные нарушения.

В связи с чем при разрешении данного вопроса судебная коллегия указала на то, что в результате осуществления судом функции толкования закона ни одна из сторон договора не должна быть поставлена в менее выгодное положение по сравнению с тем, на что она вправе была справедливо рассчитывать, вступая в договорные отношения.

Судебная коллегия установила, что общество явно возражало против мирового соглашения при его утверждении судом. Более того, общество обращалось с заявлением о признании решения собрания кредиторов о заключении мирового соглашения недействительным.

Природа обеспечительных обязательств состоит в том, что кредитор, должник и гарантирующее лицо заранее осознают возможность неисполнения должником основного обязательства.

Поэтому, выдавая обеспечение, поручитель (или залогодатель) принимает на себя все риски неисправности должника, в том числе связанные с банкротством последнего.

В число указанных рисков входит и возможность принуждения кредитора в рамках процесса о несостоятельности к заключению мирового соглашения, с которым такой кредитор не согласен.

С целью оградить себя от невозможности исполнения должником возложенных на него обязательств кредитор использует различные правовые механизмы.

Одним из таких механизмов является заключение с третьими лицами обеспечительных сделок, страхующих кредитора от риска неоплатности должника.

Поэтому освобождение в подобной ситуации поручителя (залогодателя) от ответственности противоречило бы самому смыслу обеспечительного обязательства как установленного на случай невозврата полученного блага.

Отсутствие воли кредитора на изменение (или прекращение) основного обязательства ведет к ослаблению свойства акцессорности поручительства и залога (имущества третьего лица), обеспечение должно считаться сохранившимся.

В этой связи Судебная коллегия ВС РФ пришла к выводу о том, что неоплаченная заемщиком (ООО «К») сумма кредитной задолженности продолжает быть обеспеченной поручительством и залогом имущества должника по рассматриваемому делу (ООО «Р»), в связи с чем у конкурсного управляющего А. не было оснований для погашения в реестре требований кредиторов ООО «Р» записи о требованиях общества, за исключением той суммы, которая действительно была выплачена ООО «К» по условиям мирового соглашения (81 498,38 руб.).

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 г. Москва "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"

В целях обеспечения единства практики применения судами положений Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве Пленум Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 2 и 5 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 года N 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации», постановляет дать следующие разъяснения:

Общие принципы привлечения контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве

Читайте также:  Штраф за борщевик на участке: размер, условия взимания

1. Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

2.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве), подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Контролирующее должника лицо

3. По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 531 ГК РФ, пункт 1 статьи 6110 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 — 3 пункта 2 статьи 6110 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

4.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 6110 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее — объективное банкротство).

Указанные положения законодательства не исключают возможность привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия, совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах (статья 531 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее — Закон об акционерных обществах), статья 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.).

5. Само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 6110 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Если в качестве руководителя (единоличного исполнительного органа; далее — руководитель) должника выступает управляющая компания (пункт 3 статьи 653 ГК РФ), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в статьях 6111 — 6113, 6120 Закона о банкротстве, солидарно (пункты 3 и 4 статьи 531 ГК РФ, абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Новые правовые позиции ВС РФ относительно реализации прав кредиторов в рамках дел о банкротстве

17.01.2019

Юридическая компания «Пепеляев Групп» обращает внимание на новые, сформированные ВС РФ правовые позиции, касающиеся обращения взыскания в делах о банкротстве граждан и реализации иных прав кредиторов.

25 декабря 2018 г.

Пленум Верховного Суда РФ принял Постановление № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление № 48), в котором даны разъяснения по вопросам обращения взыскания на единственное жилье должника, а также формирования и распределения конкурсной массы гражданина, в том числе по общим обязательствам супругов.

26 декабря 2018 г. Президиум Верховного Суда РФ опубликовал обзор, в котором обобщил практику судов о признании недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства (далее – Обзор) и дополнения к обзору практики по вопросам участия уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (далее – Дополнение обзора).

Ниже подробно приводятся наиболее важные разъяснения ВС РФ и подходы, выработанные в судебной практике.

При наличии у должника нескольких жилых помещений исполнительский иммунитет предоставляется одному из жилых помещений по усмотрению суда

В п. 3 Постановления № 48 ВС РФ поставил точку в спорах относительно предоставления исполнительского иммунитета (ст. 446 ГПК РФ), если у должника в собственности находятся несколько жилых помещений.

Теперь определение жилого помещения, на которое взыскание не будет обращаться, зависит от волеизъявления суда, а не от выбора должника.

Суд при определении такого жилого помещения должен исходить из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

Указанная позиция призвана сбалансировать интересы кредиторов и должников, не позволяя должнику злоупотреблять своим правом и оставлять в собственности наиболее «роскошное» жилое помещение. ВС РФ воздержался от высказывания позиции по ситуации, когда единственным жилым помещением должника является помещение, явно превышающее характеристики разумно достаточного для удовлетворения потребности в жилище, видимо, оставив данный вопрос на усмотрение законодателя (законопроект ID 01/05/11-16/00059339 разработан Минюстом России).

Залогодержатель единственного жилого помещения в случае несвоевременного обращения с заявлением об установлении требования утрачивает свое приоритетное право

ВС РФ разъяснил, что в случае непредъявления или несвоевременного обращения за установлением залогового статуса залогодержатель по ипотеке единственного жилого помещения не вправе рассчитывать на удовлетворение своего требования за счет предмета залога.

Такое требование будет учитываться в реестре как не обеспеченное залогом.

Кроме того, жилое помещение не будет считаться не вошедшим в конкурсную массу как имущество, на которое нельзя обратить взыскание, а право залога на него прекратится после завершения процедуры реализации имущества.

При включении в реестр требований кредиторов залогодержателю по ипотеке необходимо безотлагательно предъявить требование об установлении залогового статуса, в противном случае возникает риск не только утраты обеспечения, но и существенного уменьшения конкурсной массы должника из-за невозможности обращения взыскания на единственное жилое помещение. Такой подход стимулирует кредиторов к активной защите своих прав и защищает от злоупотреблений со стороны кредитора.

По общим обязательствам супругов требования кредиторов могут быть погашены и за счет доли супруга — банкрота

В связи с принятием Постановления № 48 утратили актуальность разъяснения ВАС РФ[1], согласно которым общее имущество супругов не могло быть включено в конкурсную массу. Теперь за счет доли супруга должника может быть погашено требование кредиторов по общим обязательствам супругов.

Установлена следующая очередность удовлетворения требований кредиторов при банкротстве физического лица — сособственника общего имущества:

  • в начале за счет личного имущества должника и доли должника в общем имуществе супругов;
  • затем, средства, приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части);
  • оставшиеся средства, которые приходятся на долю супруга должника, передаются супругу.

Кредитор вправе инициировать признание обязательств должника и его супруга общими не только при установлении требования в деле о банкротстве, но и позднее. В обоих случаях суд должен привлечь к участию в рассмотрении заявления супруга должника.

Новый подход ВС РФ существенно повышает шансы кредиторов на удовлетворение требований, значительно упрощает процедуру взыскания по таким распространенным видам общим обязательствам как совместный кредит, солидарное поручительство, а также приведет к сокращению случаев злоупотребления супругами.

Супруг должника вправе обратиться в суд общей юрисдикции с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства, а также об определении долей в имуществе

ВС РФ подтвердил право супруга (бывшего супруга) должника, инициировать вне дела о банкротстве последнего раздел общего имущества до его продажи в процедуре реализации имущества должника, если он считает, что реализация такого имущества «не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей». Верховный суд указал, что такое требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности.

Финансовый управляющий и кредиторы, заявившие требования в деле о банкротстве, вправе участвовать в рассмотрении дела о разделе общего имущества, об определении долей в качестве третьих лиц.

ВС РФ оправдал худшие опасения, «разделив» процесс обращения взыскания на имущество гражданина-должника между двумя ветвями судебной власти. Рассмотрение обособленных споров относительно состава конкурсной массы должника в судах общей юрисдикции открывает широкие возможности для злоупотреблений со стороны должников и их супругов, в частности, по затягиванию процедуры банкротства. Одновременно, существенно снижается эффективность банкротства в целом.

Возможность совместной процедуры банкротства супругов

Впервые на уровне высшего суда подтверждена возможность объединения судом двух дел о несостоятельности супругов по правилам ст. 130 АПК РФ с назначением финансового управляющего из того дела, которое было возбуждено первым.

Читайте также:  Возмещение ущерба работником работодателю

После объединения двух дел кредиторы вправе провести общее собрание для определения кандидатуры иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации.

При объединении дел финансовый управляющий ведет отдельно реестр требований кредиторов по общим обязательствам супругов и реестры требований кредиторов по личным обязательствам каждого из супругов.

Сумма, полученная от реализации личного имущества одного из супругов, не может быть направлена на погашение личных обязательств другого супруга.

Указанный механизм «семейного» банкротства представляется эффективным с точки зрения интересов кредиторов, поскольку существенно упрощает реализацию совместного имущества обоих супругов. Рекомендуем кредиторам как можно раньше обращаться в суд с ходатайством об объединении дел о банкротстве супругов, в том числе, бывших.

Возможность оспаривания сделок супруга должника по отчуждению общего имущества

Верховным Судом подтверждена возможность оспаривания в рамках дела о банкротстве сделок, совершенных не только должником, но и его супругом. В последнем случае сделки могут быть оспорены по основаниям, связанным с нарушением этими сделками прав и законных интересов кредиторов (ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, ст. 10 и 168, 170, п. 1 ст. 174.1 ГК РФ).

Применительно к оспариванию решений собрания кредиторов ВС РФ закрепил следующие подходы судов, расширяющие права кредиторов

  • Возможность отмены собранием кредиторов собственного принятого ранее решения, в том числе путем принятия иных решений по аналогичным вопросам.

Отмена ранее принятых решений возможна, если она не имеет признаков злоупотребления правом и совершена до того момента, пока отмененное решение «не произвело юридический эффект в гражданском обороте».

Частным примером отмены более раннего решения путем принятия нового решения по аналогичному вопросу является избрание новой кандидатуры арбитражного управляющего до утверждения судом предыдущей кандидатуры.

Новые позиции ВС РФ в сфере банкротства — Эксиора

Новые позиции ВС РФ в сфере банкротства

Алексей Мороз, управляющий партнер, Адвокатское бюро «Эксиора», г. Москва

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ (далее – СКЭС) обращается к проблемам применения законодательства о несостоятельности (банкротстве) достаточно часто. За последнее время коллегией был принят целый ряд судебных актов по интересным делам, примечательных тем, что на первый план в них вышли такие категории, как добросовестность, разумность и целесообразность.

Хозяйственная деятельность должника в конкурсном производстве должна быть оправдана целями процедуры банкротства

СКЭС разбиралась, в каких случаях продолжение производственной деятельности должника может быть оправданно в процедуре конкурсного производства (определения от 29.08.2016 № 307-ЭС14-8417 и № 306-ЭС16-1979).

Оба дела были переданы на рассмотрение СКЭС в связи с тем, что расходы, связанные с осуществлением текущей производственной деятельности должника, были отнесены конкурсными управляющими в третью очередь текущих платежей, чем ожидаемо не были удовлетворены налоговые органы, поскольку требования об уплате обязательных платежей учитываются в составе четвертой очереди текущих требований.

В обоих случаях нижестоящие суды исходили из того, что, поскольку собранием кредиторов решение о прекращении хозяйственной деятельности должника не принималось, конкурсные управляющие были вправе осуществлять расходы, связанные с обеспечением такой деятельности.

СКЭС с таким подходом не согласилась, обратив внимание на то, что конкурсное производство представляет собой ликвидационную, а не реабилитационную процедуру, и его целью является соразмерное удовлетворение требований кредиторов за счет продажи имущества должника, включенного в конкурсную массу.

Коллегия указала, что положения п. 6 ст. 129 Закона о банкротстве не могут быть истолкованы таким образом, что продолжение деятельности юридического лица – должника в период конкурсного производства оправданно до тех пор, пока иное не установлено собранием кредиторов.

Действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов, конкурсный управляющий должен определить стратегию конкурсного производства в отношении должника, в том числе целесообразность дальнейшего функционирования хозяйствующего субъекта, учитывая, в частности, исключение возможности необоснованного простоя имущества, которое может приносить доход в период осуществления мероприятий по его оценке, подготовке к реализации, наличие объективных предпосылок к продаже предприятия как единого имущественного комплекса либо осуществления процедуры замещения активов и т. п. В любом случае срок, в течение которого может сохраняться производственная деятельность должника, должен соотноситься с периодом времени, необходимым и достаточным для выполнения эффективным арбитражным управляющим всех предусмотренных законом процедур, направленных на отчуждение принадлежащих должнику объектов в целях проведения расчетов с кредиторами.

СКЭС обратила внимание на то, что отнесение всех расходов по производству и реализации продукции должника к эксплуатационным платежам и их приоритет перед обязательными платежами противоречат принципам очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов.

Такой подход, по мнению СКЭС, фактически легализует схему уклонения от уплаты налогов и создает для должника необоснованные преимущества перед другими участниками рынка, предоставляя возможность на протяжении длительного времени вести производственную деятельность в процедуре конкурсного производства, не уплачивая обязательных платежей, что недопустимо.

Верховный Суд РФ обобщил практику по делам о банкротстве

Верховный Суд РФ начал год с того, что обобщил практику по спорам, связанным с установлением требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц. 

Президиум Верховного Суда РФ утвердил новый обзор судебной практики, в который собрал судебные решения по спорам, связанным с установлением требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц. Этого обзора профессиональное юридическое сообщество ждало давно, ведь он должен упростить для судов принятие решений о субординации требований в банкротных делах.

На сегодня именно субординация требований является одной из самых сложных, но важных тем в делах о банкротстве.

Законодательно не установлены требования по субординации требований в банкротных делах, поэтому суды субординируют требования аффилированных лиц на свое усмотрение.

И практика существенно отличается в разных арбитражах. Этот правовой пробел в регулировании и должен устранить новый обзор ВС РФ.

Рассмотрим подробнее некоторые важные выводы, приведенные в документе.

Кто должен доказывать мнимость сделок

Верховный Суд указал, что если у суда возникают сомнения относительно мнимости сделки и договора, на котором основано требование аффилированного с должником кредитора, опровергать их должен кредитор. Для этого нужно предоставить в суд не просто минимальный комплект документов, а именно:

  • договор займа;
  • платежные поручения;
  • документы о перечислении денежных средств внутри группы.

ВС РФ считает, что кредитор должен «исчерпывающе» раскрыть все существенные обстоятельства:

  • о заключении и исполнении заемной сделки;
  • основаниях дальнейшего внутригруппового перераспределения денег.

Фактически кредитор должен доказать в суде, что выдача займа и последующие операции обусловлены «разумными экономическими причинами».

«Нет» безусловной субординации требований

Верховный Суд РФ считает, что безусловная субординация требований аффилированных кредиторов недопустима. Поэтому суды не должны понижать очередность требований кредиторов только на том основании, что они являются аффилированными или контролирующими должника лицами.

В случае добросовестного финансирования внутри группы аффилированных лиц и отсутствия нарушения прав других кредиторов не нужно субординировать требования аффилированного кредитора по отношению к остальным. Они должны удовлетворяться на общих основаниях.

А понижать требования нужно только для недобросовестных аффилированных кредиторов.

Вложение денег в заведомо неуспешную организацию приводит к субординации

Судьи Верховного Суда РФ считают, что если контролирующее организацию лицо вложило средства в ситуации имущественного кризиса, то при банкротстве этой организации его требования подлежат удовлетворению только после требований других кредиторов. Как отметил ВС РФ в обзоре:

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество к нормальной предпринимательской деятельности посредством займа, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Аналогичные правила ВС РФ распространил на такие формы спасения фирм-банкротов, как финансирование прочих договоров:

  • купли-продажи;
  • аренды;
  • других сделок рефинансирования.

Судьи считают, что все подобные требования к банкроту должны быть субординированы.

Страхование рисков

В обзоре содержится разъяснение ситуации, когда банк, вовлеченный в корпоративное управление организацией-должником, получает приоритет, по сравнению с другими управляющими лицами.

Например, если кредит обеспечен залогом акций должника с правом осуществления корпоративных прав. Это страхование банком собственных рисков, связанных с выводом из организации ликвидных активов.

Суд отметил, что такая деятельность банка в управлении компанией, как правило, не имеет целью получение прибыли от экономической деятельности заемщика.

Но такая ситуация не должна влиять на права банка как кредитора, отметил ВС РФ. В обзоре указано, что не нужно понижать требование банкиров в реестре:

Если банк добросовестно и разумно осуществлял корпоративные права с целью обеспечить возвратность кредита, то его требования подлежат удовлетворению в третьей очереди.

Несколько аффилированных лиц

Верховный Суд указал, что требования нескольких аффилированных между собой лиц, каждое из которых отдельно не контролирует организацию-должника, могут субординировать, если в совокупности все эти лица имеют возможность влиять на должника. Но каждый кредитор может самостоятельно доказать в суде, что у него были свои мотивы для предоставления финансирования.

Аффилированный кредитор не участвует в выборах управляющего

Верховный Суд отказал аффилированным с должником кредиторам в праве принимать участие в выборе кандидатуры арбитражного управляющего или саморегулируемой организации в ходе любой процедуры банкротства.

Судьи отметили, что у таких кредиторов есть общий с должником интерес, который может отличаться от интересов других кредиторов.

Поэтому решение об управляющем лице в ходе банкротства должны принимать только независимые кредиторы.

Аффилированный кредитор не может быть ущемлен в правах

Если суд понизил очередность требования аффилированного кредитора, он не должен понижать его в правах по отношению к другим кредиторам.

Верховный Суд отметил, что суд не может аргументировать, что «такой кредитор не обладает правами лица, участвующего в деле о банкротстве», поскольку, с процессуальной точки зрения, аффилированный кредитор имеет права, равные с другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. В частности, он имеет право:

  • участвовать в судебных заседаниях по делу о банкротстве;
  • обжаловать принятые по этому делу судебные акты;
  • заявлять возражения против требований кредиторов;
  • подавать жалобы на действия арбитражного управляющего;
  • участвовать в собраниях кредиторов без права голоса.

Публичные кредиторы

Свою позицию Верховный Суд РФ высказал и про публичных кредиторов. В обзоре указано, что само по себе участие публично-правового образования в формировании уставного капитала должника не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования публично-правового образования к этому должнику. Лишать права голоса публично-правового кредитора суд тоже не имеет права.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *