Взыскание убытков с бывшего директора — судебная практика

После выхода в свет Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 г. № 62 (далее — постановление № 62) в судебной практике появился новый тренд — взыскание с Директора убытков в виде налоговых доначислений  в случае привлечения Общества к налоговой ответственности. 

Компании после смены единоличного исполнительного органа стали обращаться в суд с регрессными требованиями о переложении на Директора (как правило, уже бывшего) начисленных недоимок по налогам, пени и штрафам. И по правде говоря, поначалу ситуация для Директоров казалась безнадежной.

Ведь постановлением № 62 предусмотрена презумпция недобросовестности и неразумности действий Директора. В результате, он должен сам доказать свою невиновность. Большинство судов склонялось в пользу обществ и взыскивало с директоров миллионные убытки в полном объеме.

Это, в свою очередь, стало элементом корпоративного шантажа и давления на «номинальных» директоров в ходе налоговой проверки.

Анализ свежей судебной практики уже не позволяет сделать столь однозначных пессимистичных  выводов для бывших руководителей. Взыскание убытков с Директоров в полном объеме возможно далеко не всегда и зависит от конкретных обстоятельств дела. 

Можно выделить две типичных ситуации, в которых решение судов будет существенно различаться:

1. Недоимка по налогам, пени и штраф доначислены Обществу в спорной ситуации, когда факт совершения Обществом налогового правонарушения не очевиден. Например, когда складывалась неодназначная судебная практика по поводу учета доходов, расходов, финансовых операций для целей налогообложения или момента возникновения права на вычет НДС по конкретным операциям. 

В этом случае взыскать с Директора понесенные Обществом убытки скорее всего не удастся, поскольку согласно п. 4 Постановления № 62:

Директор может подтвердить добросовестность и разумность своих действий путем представления доказательств неочевидности квалификации действий Общества правонарушением на момент их совершения. Например, отсутствие единообразия в практике применения налогового законодательства не позволяет сделать однозначный вывод о неправомерности действий Общества. 

В качестве примера такой ситуации можно привести дело № А40-166191/2014, суть которого заключалась в следующем:

Общество пыталось взыскать с Директора убытки в виде сумм НДС по строительным работам, в вычете и возмещении которых отказано налоговыми органами по причине пропуска 3-х-летнего срока на их предъявление, и начисленных пени. С позиции налоговиков, НДС к вычету по строительным работам нужно было принимать по мере подписания счетов фактур, актов выполненных работ КС-2 и КС-3.

По мнению Общества, убытки возникли из-за незнания Директором положений налогового законодательства, ограничивающих срок предъявления НДС к вычету тремя годами, непринятием им должных мер по организации ведения налогового учета.

Директор, в свою очередь, доказывая свою невиновность, ссылался на то, что действовал правомерно, руководствуясь письмами Минфина РФ.

Согласно им НДС к вычету может быть предъявлен только после ввода построенного объекта в эксплуатацию, а не по мере подписания КС-2 и КС-3.

В подтверждение этого Директор предоставил судебную практику по аналогичному вопросу с участием налогового органа, в котором он состоит на учете, а также других регионов.

Исходя из этого, суд посчитал допущенные Обществом налоговые правонарушения не однозначными и не очевидными, и признал наличие в данном случае правовой неопределенности по моменту возникновения у Общества права на вычет НДС. 

В результате, суд отказал в удовлетворении требований Общества в полном объеме, не усмотрев в действиях директора недобросовестности и неразумности.

Кроме того, суды постановили, что нельзя взыскать пени, начисленные на налоговую недоимку за тот период, когда должность директора общества занимало уже другое лицо.

Они обосновали это тем, что бывший директор уже не мог влиять на принятия решения о погашении налоговой недоимки, на которую начислялись пени.

II. Классическая ситуация  — Недоимка по налогам, пени и штраф доначислены Обществу при выявлении налоговым органом фиктивных сделок с фирмами-однодневками.

В таких условиях недобросовестность Директора считается доказанной, и даже последующее одобрение сделки Советом директоров или общим собранием участников не снимает самостоятельной ответственности с Директора (пп. 5 п. 2 и п. 7 Постановления № 62). 

  • Директору грозит возмещение причиненных убытков. Однако в отношении размера таких убытков мнения судов разделились, а именно: стала встречаться такая позиция: 
  • Исходя из смысла понятия недоимки по налогам, отнесение суммы налоговой недоимки к убыткам общества являются ошибочными.
  • Сумма налоговой недоимки по своей правовой природе не относится к штрафным санкциям, а является суммой обязательного налогового платежа просроченного к оплате, но подлежащего в любом случае оплате налогоплательщиком.  
  • Таким образом, при наличии допущенных налогоплательщиком нарушений по уплате обязательных платежей ответственность несет хозяйствующий субъект, без права отнесения вины на единоличный исполнительный орган общества. 

Например, решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.01.2015 г. по делу № А40-166191/2014

Взыскание убытков с директора хозяйственного общества в судебной практике

Идея написания данного обзора родилась после прочтения вопроса Евгения Гермашева из Волгограда.

Суть его вопроса заключалась в том, что делать, если предыдущий директор ООО заключил договор с юристом на оказание услуг по представлению интересов в арбитражном суде по заведомо завышенной цене, т.е. по цене значительно превышающий стоимость таких услуг.

Как юридическому лицу в данном случае защитить свои права. Можно ли взыскать сумму превышения разумной стоимости юридических услуг с бывшего директора? Думаю, что мой обзор поможет ответить на вышеназванный вопрос.

Итак, когда с директора общества (ООО или АО) можно взыскать убытки? Сразу отмечу, что здесь речь идет не о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках процедур банкротства, а именно об исках, основанных на нормах корпоративного законодательства.

Нормы, регулирующие поведение исполнительных органов АО и ООО и их гражданско-правовую ответственность перед обществом

Ст.

44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» содержит следующие требования к осуществлению деятельности органами ООО: Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Аналогичный стандарт исполнения обязанностей содержится и в ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах».

Далее ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах» предусматривается, что

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

С иском о взыскании убытков в пользу ООО может обратиться само общество или его участник, а с иском о взыскании убытков с АО в суд может обратиться общество или акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1 процентом размещенных обыкновенных акций общества. Если с иском в суд обращается  общество, то это прямой иск, а если участники или акционеры то такие иски называют косвенными или производными, так как взыскание идет не в пользу истцов, а в пользу общества.

Какое поведение директора является добросовестным и разумным? 

Примерные критерии добросовестности даны в п.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица». Они следующие:

  • Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:
  • 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;
  • 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;
  • 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;
  • 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

Взыскать убытки с директора: ВС рассказал, как правильно толковать постановление Пленума ВАС — новости Право.ру

Директор компании подписал договор подряда, который она оплатила, но ничего не получила взамен. Когда фирма обанкротилась, ее управляющий добился признания договора недействительным, а затем тщетно пытался взыскать убытки с «подрядчика».

Затем он заявил аналогичный иск к экс-директору, но исполнительное производство в отношении «подрядчика» еще не было окончено, и суды решили, что это грозит двойным взысканием. АС СЗО сделал такой вывод на основании одного из пунктов постановления Пленума ВАС.

Но ВС увидел в нем же совсем другую логику.

До экономколлегии дошел спор о привлечении бывшего руководителя «Элитхаус» Даниила Харитонова к ответственности в размере 12,1 млн руб. (№ А56-12248/2013).

Претензии к экс-директору предъявил конкурсный управляющий «Элитхауса» Алексей Боравченков из Некоммерческого партнерства «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

В декабре 2014 года его усилиями был признан недействительным (мнимым) договор подряда 2009 года с «Гаммастройпроект» на 12,1 млн руб. Эти деньги «Элитхаус» заплатил исполнителю, но никаких работ выполнено не было, да и документов не осталось. Но получить что-то с «подрядчика» оказалось затруднительно.

Поэтому Боравченков решил взыскать убытки с бывшего руководителя «Элитхауса», который подписал тот самый договор подряда как заказчик. Он был уверен, что неоконченное исполнительное производство в отношении «Гаммастройпроекта» не препятствует взысканию денег с директора Харитонова, поскольку сама компания долг не отдает.

Но санкт-петербургские суды один за другим отклонили его требования. Во-первых, они сочли недоказанной вину руководителя, во-вторых, исходили из того, что исполнительное производство мнимого подрядчика не окончено, а значит, еще есть возможность получить с него долг.

В частности, 13-й Арбитражный апелляционный суд в подтверждение своего вывода сослался на п. 8 постановления Пленума ВАС 30 июля 2013 г. № 62, который регулирует выплату убытков органами юрлиц. Если компании удалось возместить убытки другим способом, то иск к директору надо отклонить, процитировала апелляция разъяснение ВАС.

С таким толкованием согласился АС Северо-Западного округа.

Тогда Боравченков пожаловался в Верховный суд. Он настаивал, что директор расходовал средства общества нерационально и разумно.

Взыскание с него убытков нельзя назвать двойной ответственностью, поскольку их не возвратила сама компания, подчеркнул управляющий в своей жалобе.

Эти доводы показались заслуживающими внимания судье ВС Сергею Самуйлову. 16 января «тройка» под его председательством выслушала аргументы участников дела.

Недобросовестный должник и добросовестный кредитор

На один и тот же долг может быть два судебных акта, это еще не значит, что по ним будет двойное взыскание, убеждал представитель Федеральной налоговой службы (одного из кредиторов «Элитхауса») Олег Степанов.

По логике трех судов получается, что банк не может предъявить требования к должнику и пяти поручителям одновременно, привел аналогию юрист ФНС. По его словам, тут уже кредитор должен вести себя добросовестно и не принимать лишние деньги.

А другая сторона, в свою очередь, может доказывать меньший размер убытков.

Управляющий не представил документов об исполпроизводстве, потому что «не успел», объяснила его представитель Ольга Цомаева. «Сейчас знаем, что приставы потеряли исполлист, будем получать дубликат», – уточнила она.

– А если деньги будут взысканы одновременно [по двум документам]? – спросил судья Денис Капкаев.

– Появятся новые правоотношения между должником и его бывшим директором, – ответила Цомаева.

– Какого рода отношения? – осведомился судья Иван Разумов.

Цомаева затруднилась ответить, а потом заявила, что банкрота это не будет касаться. А трое судей отправили дело на новое рассмотрение.

То же разъяснение, противоположный смысл

Почему ВС отменил акты нижестоящих инстанций, стало известно 24 января, когда был опубликован полный текст определения. Согласно ему, суды толком не проверили заявление управляющего о том, что директор действовал недобросовестно.

Несостоятельна и ссылка судов на то, что «Элитхаус» еще может возместить убытки в рамках исполнительного производства «Гаммастройпроекта». Здесь ВС процитировал тот же 8 пункт 62 постановления, но придал ему совсем другой смысл. Правило обязывает отклонять иск к директору, если убытки уже погашены другим способом.

Читайте также:  Предлагается установить ограничения на изъятие электронных носителей в ходе процессуальных действий (законопроект)

Но сумел ли «Элитхаус» получить хоть какие-то деньги с «Гаммастройпроекта», суды не выясняли. А значит, решила коллегия ВС, действует другое правило из этого же пункта. Оно гласит, что вопрос о взыскании убытков с директора должен решаться вне зависимости от того, могла ли компания вернуть деньги другим способом.

Конечно, если фактического возмещения не было.

Суды приравняли само исполнительное производство и получение по нему денег, а Верховный суд указал им на эту ошибку, резюмирует Виталий Силин из Nektorov, Saveliev & Partners.

Позиция ВС, конечно, не новая, но разъяснение все-таки актуально, учитывая, что два суда по-разному оценили одно и то же разъяснение от ВАС, продолжает партнер фирмы «Кульков, Колотилов и партнеры» Николай Покрышкин. «Конкуренцию» двух производств он считает оправданной, ведь подобные долги в целом сложно вернуть.

«Если не дать кредитору «преследовать» цель сразу по двум направлениям – это ухудшило бы и без того мрачную статистику взыскания», – рассуждает Покрышкин.

ВАС в свое время решил и «коллизию» исполнения двух судебных актов на примере реституции и виндикации в банкротстве, обращают внимание Родион Ларченко и Марта Редхер из АБ Forward Legal.

Если исполнен один акт, то производство по второму прекращает пристав-исполнитель, а если оба – осуществляется поворот исполнения по тому акту, который был «оплачен» позднее, цитируют юристы п.

16 постановления Пленума ВАС от 23 декабря 2010 г. № 63.

Взыскание убытков с генерального директора

Рассказываем, как лишиться личного имущества. Без субсидиарки. И без банкротства.

В своих статьях мы делаем акцент на субсидиарке (СО), которая нависает над головами топ-менеджеров и бенефициаров бизнеса. Но вот какое дело — это далеко не единственное, откуда может прилететь по шапке.

В этой статье я расскажу об убытках. А точнее кто и как их взыскивает с генеральных директоров. И как от этого увернуться.

Субсидиарка VS убытки

Если вы вдруг забыли, то к субсидиарной ответственности привлекают как в банкротстве, так и без него. Освежить знания можно здесь: «Субсидиарная ответственность без банкротства».

Собственно, и убытки можно взыскивать как в деле о банкротстве, так и в случае, если у компании всё хорошо и она продолжает работать.

«Холмс, так в чём разница? И как понять, когда и за что привлекать?»

«Элементарно, Ватсон!»

В чём отличия убытков от субсидиарки

Если директор «Тюльпанчика» купил помидоры по цене 200 рублей за килограмм, хотя в палатке по соседству такие же стоили 1 рубль — с него можно взыскать убытки. Ведь из-за этого «Тюльпанчик» понес неоправданные расходы.

Если же купив эти самые помидоры, «Тюльпанчик» по итогу не смог расплатиться по кредиту в банке и упал в банкротство — это уже основание для субсидиарки.

Если у Вас есть вопрос по банкротству, субсидиарке или защите личных активов, подпишитесь на рассылку на нашем сайте. Раз в месяц разбираем одно обращение, даем подробную консультацию и высылаем руководство к действию на e-mail. Только для подписчиков.

То есть:

1. Субсидиарка:

  • взыскивается в пользу кредиторов компании;
  • подразумевается, что компания неплатежеспособна (банкрот).

2.Убытки:

  • взыскиваются в пользу бенефициаров бизнеса;
  • подразумевается, что вменяемые действия ответчика не привели к банкротству.

Это в общем случае. На практике между субсидиаркой и убытками весьма тонкая грань, теоретизирование о которой не является целью данной статьи.

Ниже я буду говорить только о тех реальных ситуациях, когда владелец бизнеса подозревает топ-менеджера в воровстве денег у компании. И хочет его проучить. При этом компания на плаву, ведет активную деятельность и является платежеспособной, поэтому возможность привлечения руководителя к субсидиарке отсутствует. И бенефициар подает иск о взыскании убытков.

Убытки можно взыскать с директора, члена коллегиального органа и любого другого участника общества, если будет доказано, что конкретное лицо причинило конкретный ущерб на конкретную сумму. Но сегодня мы поговорим только о директорах.

Как доказывают причинение убытков

Суд взыщет убытки, если увидит наличие 3 условий:

  • недобросовестность/неразумность действий директора (вина лица). Либо директор ведал, что творил и сознательно шел на нарушение. Либо сделал глупость по неосторожности, не проявив необходимой на данной должности заботливости и осмотрительности.
  • факт причинения убытков компании. Вариант: «Петя кажется что-то сделал, и есть ощущение, что мы из-за этого что-то недополучили. Но это неточно» — не работает. Нужно рассчитать точный размер понесенных убытков и указать его в исковом заявлении вплоть до копейки.
  • причинно-следственную связь между действиями и наступившими убытками. Необходимо доказать, что компания точно получила бы доход, если бы директор вел себя молодцом. Потребуется показать цепочку между виной лица и наступлением убытков из которой однозначно вытекает что: «Вот такое-то конкретное действие, привело вот к таким-то потерям».

Отсутствие одного из этих условий приведет к отказу в удовлетворении иска.

При этом наибольшие вопросы вызывает пункт про неразумность/недобросовестность. К примеру: Петя заключает сделку на поставку краски, делает предоплату. Контрагент краску не привозит и скрывается с деньгами. Что это? Неразумность?  Или обычный коммерческий риск, от которого никто не защищен?

Чтобы наглядно показать, как это работает, разберем неразумность и недобросовестность на конкретных примерах. Отправной точкой станет Постановление пленума ВАС, в котором и было дано разъяснение этих понятий. Чтобы получить указанное постановление оставьте свой е-мейл а нашем сайте.

Неразумность и недобросовестность

Неразумность директора в причиненных убытках считается доказанной, если он:

Принял решение без учета известной ему значимой информации.

Пример 1: Петя и его «Ромашка» планировали закупить у «Облачка» пару тонн краски. Петя достоверно знал, что «Облачко» уже полгода задерживает поставки, тупо кидает своих покупателей после получения денег, и все равно подписал сделку. При этом верил, что вот с ним-то точно так не поступят.

Как итог: договор подписали, деньги перевели, краску не поставили, «Ромашка» попала на деньги, а Петя — на убытки.

Не принял мер по получению значимой информации до принятия решения.

Пример 2: Петя и его «Ромашка» всё ещё хотят купить краску, но не знают у кого. В интернете Петя натыкается на «Облачко». При этом об «Облачке» он узнал впервые, никогда раньше с ним не работал, да и из окружения никто о нем не слышал.

Петя читает сайт «Облачка», где «Облачко» рисует себя самым классным-топовым-качественным поставщиком краски. Да ещё и при звонке сотрудник «Облачка» говорит, что они супер-пупер-кайфовые. Не запросив отчётность компании, не проверив информацию о судах в отношении поставщика или хотя бы отзывы о компании, Петя закупает не пару, а сразу десятки тонн краски. Итог вы знаете.

Совершил сделку с нарушением обычных для юрлица процедур.

Пример 3: Петя с «Ромашкой» в поисках краски. Натыкаются на сайт «Облачко», где супер предложение — 50 тонн краски по цене 25 тонн и аванс всего 200 000 рублей. Но важное условие — предложение актуально только до конца дня. Пете рвёт крышу, он делает заказ.

И на первый взгляд вроде бы все ок. Вот только краска поганая, эти 50 тонн не стоили и 100 рублей. А еще Петя оформил сделку без согласования с юр. отделом, бухгалтерией и маляром Васей. А в регламенте «Ромашки» четко прописано: любую сделку дороже 80 рублей нужно согласовать по всем кругам бюрократии. Итог: встряла «Ромашка», платит Петя.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, когда он:

Действовал при наличии конфликта интересов, информация о котором не была раскрыта.

Пример 4: Петр всё ещё директор «Ромашки», при этом «Ромашка» занимается продажей автомобилей. Петр решает продать 100 автомобилей «Тюльпанчику», в котором супруга Петра является учредителем. Сделка совершается по цене 600 рублей/авто, вместо стандартных 1000 рублей с другими покупателями.

Если в дальнейшем «Тюльпанчик» продаст тачки по 300 рублей, в целом все будет ок. Если же Тюльпанчик продаст их за 1000 рублей/авто — Пете не поздоровиться, ведь он не довел до учредителей информацию о конфликте интересов. Точнее — о выгоде своей семьи.

Скрыл от участников юрлица достоверную информацию о сделке.

Пример 5: Петя с «Ромашкой» всё ещё хотят купить краску. Петя решает купить краску «Тюльпанчика». Краска дешевая, но паршивого качества — об этом Петя знает наверняка. Вопрос о покупке выносится на одобрение участников Общества.

На собрании Петя умалчивает информацию о причинах низкой стоимости. В итоге — краску купили, воспользовались, через месяц она облезла. Участники провели экспертизу, где и всплыло отвратительное качество.

Раз Петя совершил сделку, скрыв достоверную информацию о ней, значит… «Петя, иди сюда!».

Совершил сделку без одобрения, требующегося в силу закона или устава.

Пример 6: Петя взял и заключил сделку по покупке краски на 200 000 рублей без одобрения участников. При этом, для компании такая сделка являлась крупной. Участники вообще не планировали такие расходы и в таком объеме. Как итог — «Ай-я-яй, недобросовестный Петя. Возмещай!»

После ухода с должности не передал документы, что повлекло неблагоприятные последствия.

Пример 7: Петя решил уволиться из «Ромашки». При передаче бразд правления новому директору Петя забыл отдать документы по сделке с компанией «Технари». Как итог, «Технари» пошли в суд и взыскали с «Ромашки» долг с учетом неустоек и штрафов. Кто виноват? Петя!

Действовал в ущерб интересам юр.лица, о чём знал или должен был знать.

Пример 8: Петя доподлинно знал, что ООО «Помойка» это фирма-однодневка, но всё равно перевел ей деньги за покупку краски, которую… Дальше вы знаете.

И напоследок…

Из примеров выше может показаться, что почти за любую сделку директора можно притянуть к убыткам. Здравое зерно в этом есть, но… хотя нет, давайте я еще немного вас покошмарю.

Итак, бонусный пример 9:

Петя максимально добросовестный директор с максимально добросовестными намерениями в отношении своей «Ромашки». Прям всей душой за компанию болеет. Но внезапно владельцы бизнеса принимают решение купить 1000 тонн краски. Хотя смысла особого в этом нет: краска сейчас не особо нужна, да и по конской цене ее продают.

Один из миноритариев, кстати, против заключения сделки. Да и Петя не видит необходимости в этой покупке.

Однако Пете тыкают протоколом собрания участников и напоминают, что если нет желания работать, то приемные часы на бирже труда по вторникам и четвергам с 9:00 до 13:00.

А у Пети, как назло, ипотека, жена в декрете, 3 ребенка, собака, да и мерс не мешало бы обновить… Скрипя душой, Петя подписывает договор.

В итоге сделка приводит к убыткам на миллионы. А тот самый несогласный миноритарий обращается в суд с требованием взыскать сумму потерь с директора (как подписанта) и всех участников, одобривших сделку.

И что вы думаете?

Взыскали со всех вышеуказанных, включая Петю. Суд сослался на всё тот же Пленум ВАС: директор обязан действовать в интересах юридического лица, у него своя голова на плечах. Если был против — не надо подписывать. Раз подписал, значит, согласился со сделкой и готов отвечать за ее последствия.

Залёт на убытки: разбор практики

А вот еще реальный пример из практики, как делать…НЕ надо.

Действующие лица: налоговая, компания «Экситон», директор Сулейман, акционер Сергей.

Сулейман заключил договор с подрядчиком и перечислил 4,1 млн за ремонт помещения. Только никакого ремонта не случилось. Договор был нужен для снижения налогооблагаемой базы. Что и вскрылось в ходе последующей проверки. По итогу компании доначислили 1,6 млн налогов + 600 тысяч пеней и штрафов. «Будьте добры оплатить!».

Чтобы получить судебные акты по разобранной практике, оставьте свою почту на нашем сайте.

Узнав о произошедшем, Сергей, один из акционеров компании, обратился в суд для взыскания с Сулеймана убытков. Логика проста: он директор и ответственное лицо. Раз он провернул непонятную сделку, из-за которой был причинен вред компании, пусть и платит из своего кармана.

Но в судах все оказалось не так просто.

Читайте также:  Устав в электронном виде

Первая инстанция

Суд посчитал, что сам факт привлечения компании к налоговой ответственности еще не значит, что директор действовал недобросовестно или неразумно. Хоть ремонт «не совсем» сделан, это еще не значит, что сделка была совершена только для виду и с целью причинить ущерб компании.

Более того, в материалы дела были приложены товарные накладные, счет-фактуры, приказ об инвентаризации и прочая макулатура, согласно которой стройматериалы для ремонта имелись в наличии. Пусть и частично.

Итог: суд посчитал, что Сергей не доказал, что именно действия Сулеймана причинили компании убытки. А значит — во взыскании отказать.

Что интересно, практика такова, что почти в 60% случаев первая инстанция отказывает в удовлетворении исков о взыскании убытков. Сергей проигрыш воспринял спокойно, вдохнул полной грудью и пошагал в апелляцию.

Апелляция

В апелляционной инстанции Сулеймана ждал разгром по каждому пункту:

  • Товарные накладные. Все эти документы имелись на дату проведения налоговой проверки. При этом в ходе проверки подтверждения выполнения перечисленных работ не обнаружено. В налоговой не дураки работают: раз после просмотра этих документов веры в чистоту сделки не прибавилось, «не зря мы тут все собрались, товарищи!».
  • Инвентаризационные описи, которые приложены к делу, были составлены, когда суд уже рассматривал дело по взысканию убытков. Компания же не в банкротство упала, мало ли что у неё появилось за это время.
  • Счет-фактуры от подрядчика были подписаны директором, который на момент подписания документов уже… умер.

В общем, этого оказалось достаточно (особенно последнего гвоздя), чтобы отменить решения первой инстанции и притянуть директора к 5 млн. рублей убытков.

Кассация

Оставила в силе постановление апелляции.

Как не встрять на убытки

Ужасов мы нарассказывали, пора бы и расслабиться. Варианты отбиться от убытков есть. И да, рецепты не только в заповеди: «Не косячь и будет тебе счастье».

  • Вот базовые моменты, на которые надо обратить внимание, когда судебный процесс начнет набирать обороты:
  • Срок исковой давностиДля начала важно понять, что заявление о привлечении  директора к убыткам, может подать:
  • 1) само юридическое лицо (к примеру, в лице нового директора) или2) участники/акционеры компании, но в интересах Общества.

Во всех случаях срок исковой давности составляет 3 года. Но вот отсчитываться он может очень по-разному. Всё зависит от того, кто подает заявление о взыскании убытков:

  • Если заявление о взыскании убытков подается участником в интересах Общества, то все просто: срок для его исчисления будет течь с момента, когда участник узнал или должен был узнать о нарушении.
  • Если заявление о взыскании убытков подает само юридическое лицо (в лице нового директора), то срок давности может исчисляться по-разному. Все зависит от того, кого считать лицом заинтересованным в деятельности компании и чьи интересы затрагиваются директором-бякой. Разберем на примере:

Марина была гендиректором ООО «Шарик». 1 мая 2014 года, в первый же день вступления в должность, она заключила договор на покупку целого автопарка «для фирмы».

Оплату фирма провела, автопарка не получила, зато Марина получила деньги на счастливую старость. Больше Марина так не грешила и добросовестно выполняла свои обязанности.

Через 5 лет Марина подумала, что ей пора на покой, и 1 мая 2019 года на её место пришел новый директор Коля.

Итак, как может исчисляться срок исковой давности в этой ситуации:

Вариант №1: 3 года на подачу иска об убытках начнут течь с 2 мая 2019 года. Т.е.

со следующего дня, когда новый директор Коля вступил на должность и получил (точнее — должен был получить) документы от прошлого директора. В этом варианте суды исходят из того, что 2 мая 2019 г.

у нового директора появилась возможность ознакомиться с положением дел в компании и понять, что натворил предшественник.

Взыскание убытков с директора — возможно ли это?

Все лица, которые выступают от имени организации на основании правового акта и (или) учредительного документа и действуют неразумно либо недобросовестно, несут ответственность за причиненные организации их действиями или бездействием убытки. Такая ответственность прямо закреплена в законе – ст. 53.1 ГК РФ.

Поскольку директор (руководитель, гендиректор, президент и т.п.) организации входит в круг таких лиц, взыскание убытков с него вполне возможно. Более того, в последние годы дела о взыскании убытков с директоров компаний стали заметным трендом в корпоративных спорах и судебной практике.

Вместе с тем, как и любая гражданско-правовая ответственность, ответственность директора не является безусловной. Во-первых, требуется совокупность ряда факторов для привлечения к ответственности. И, во вторых, все нужно доказывать. Поэтому, да, взыскание убытков с директора возможно.

Но – далеко не в каждом случае и не при любых обстоятельствах.

Ответственности подлежат как действующие руководители, так и бывшие. При наличии нескольких субъектов ответственности она будет солидарной. Исковая давность – общая, 3 года. Преступные действия (бездействие) директора дают основания для двойной ответственности – уголовной и гражданско-правовой. При этом приговор по уголовному делу будет доказательством в арбитражном процессе.

Основания и условия привлечения директора к ответственности

Совокупность обязательных условий для привлечения директора к ответственности:

  • Директор осуществил действия, принял решение или бездействовал, что было недобросовестным или неразумным.
  • Юридическому лицу причинены убытки.
  • Между действиями (решением, бездействием) директора и причиненными убытками есть причинно-следственная связь.
  • Директор виновен в причинении убытков.
  • Юридическим лицом, его учредителя (участниками) заявлено соответствующее требование (только такие субъекты могут выступать истцом).

Приведём некоторые примеры из судебной практики

Пример 1. Генеральный директор снимает с банковского счета хозяйственного общества деньги под отчет и присваивает их себе.

ООО «Ромашка» было учреждено гражданином А, который владел 100% долей в уставном капитале. Своим решением единственного участника общества гр. А назначил на должность генерального директора гр. Б.

Гр. Б со счета ООО «Ромашка» по чековой книжке снял некоторую круглую сумму на выплату заработной платы работникам общества. Однако заработная плата не выплачена сотрудникам. Документов, подтверждающих целевое использование указанных денежных средств, гр. Б не представлено, а, следовательно, указанные денежные средства незаконно присвоены.

Тем самым, обществу причинен убыток, который подлежит взысканию с директора, в размере незаконно присвоенных денежных средств.

Пример 2. Генеральный директор в отсутствие финансовых и экономических возможностей незаконно распоряжается деньгами общества, премируя себя по своему усмотрению.

Генеральным директором ООО «Василек» являлся Попов В.А. В период нахождения в указанной должности Попов В.А. ежемесячно подписывал приказы о премировании, выплачивая себе премии. Кроме того, Попов В.А.

необоснованно начислил и выплатил себе премию за выслугу лет. Однако устав общества не предоставляет директору возможности устанавливать, в частности, премии в отношении себя лично и премировать самого себя по своему усмотрению.

Уставом общества данное право отнесено к компетенции общего собрания участников.

Тем самым, директор причинил обществу убытки в размере общего итога выплаченных премий за период нахождения в должности.

Пример 3. Генеральный директор заключает невыгодные для общества сделки по отчуждению имущества, по явно заниженной цене, исходя из своей корыстной заинтересованности.

АО «Василек» для разрешения коммерческого спора обратилось в арбитражный суд, требуя взыскать убытки с бывшего директора гражданина «Г». В период исполнения функций единоличного исполнительного органа бывшим генеральным директором была совершена убыточная сделка.

АО «Василек» (продавец) и ООО «Агрофирма лютик» (Покупатель) заключили договор купли-продажи, предметом которого явилась продажа покупателю сельскохозяйственной продукции.

Данная продукция была реализована в пользу ООО «Агрофирма лютик» по значительно заниженной цене, существенно отличающейся от рыночной.

Заинтересованность гражданина «Г» в данной сделке была в том, что он являлся учредителем ООО «Агрофирма лютик» с долей в уставном капитале 45 %.

Действия гражданина «В» по отчуждению продукции по значительно заниженной цене не отвечают критериям добросовестности и разумности. Данные действия повлекли за собой причинение обществу убытков в виде разницы между стоимостью продукции по закупленной цене и стоимостью реализации в пользу ООО «Агрофирма лютик».

Для приведенных примеров характерна одна особенность – очевидность либо преступных действий руководителя (хищения), либо превышения полномочий. Но так бывает далеко не всегда.

Часто руководители действуют в пределах своей компетенции, и поэтому крайне сложно доказать недобросовестность или неразумность. Здесь приходится прибегать к всестороннему анализу и оценке, а также руководствоваться судебной практикой.

Многие точки над «i» помогает расставить Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Какие действия директора можно считать недобросовестными или неразумными

Как недобросовестные или неразумные действия можно оценивать:

  • превалирование личных интересов директора над интересами компании (конфликт интересов);
  • сокрытие сведений об операции, сделке либо предоставление недостоверных сведений;
  • осуществление операций (сделок) без обязательного согласия (одобрения) других органов управления либо в нарушение установленного законом или учредительным документом порядка;
  • уклонение бывшего директора от передачи информации и (или) документов, которые касаются действий (решений, бездействия) или их обстоятельств, что повлекло убытки для организации или неблагоприятные последствия;
  • совершение операции (сделки) на заведомо невыгодных для организации условиях, против ее интересов, с заведомо неблагонадежным контрагентом (например, фирмой-однодневкой);
  • слишком рискованные решения, действия (бездействие) – которые выходили за пределы обычного предпринимательского риска в схожих отношениях, вопросах, операциях, сделках;
  • необдуманные, необоснованные, абсурдные, нелогичные и т.п. решения, действия (бездействие) – которые выходили за пределы обычных условий гражданского оборота;
  • игнорирование важной информации или непринятие возможных мер к сбору всей важной информации, необходимой для принятия решения, повлекшего убытки.

Практикой последних лет стало предъявление руководителям претензий по убыткам, связанным с увеличением налоговой нагрузки, привлечением к налоговой ответственности, доначислениями по налогам. Арбитражные суды исходят из того, что такие убытки могут рассматриваться как повод для подачи иска, если к ним привели недобросовестные или неразумные действия руководителя.

Могут рассматриваться в качестве убытков штрафы, наложенные на организацию за нарушение административного, трудового законодательства, законодательства в сфере интеллектуальной собственности, раскрытия и предоставления информации.

Порой в убытки включается неустойка по сделкам, в рамках которых организации предъявлялся иск, или по сделкам, признанным недействительными.

В убытки также можно включить утраченные (выведенные, проданные, изъятые) по вине директора активы.

Независимо от ситуации и ее обстоятельств каждый случай подлежит индивидуальной оценке. Детальный правой анализ позволяет:

  • определить и конкретизировать основания для привлечения руководителя к ответственности;
  • сделать расчет убытков и связать их наступление с конкретными действиями, решением или бездействием директора;
  • обосновать требования и сформировать первичную доказательственную базу;
  • выявить возможные проблемы в доказывании, определить возможные контрдоводы и контрмеры со стороны директора, а также способы противодействия таким доводам и мерам.

Важно учитывать:

  • Если к неразумному или недобросовестному действию (решению, бездействию) причастны другие органы управления или контролирующие компанию лица, то все они должны нести ответственность солидарно.
  • Директор не будет нести ответственности, если нет его вины или она не доказана.
  • Одного факта рискованной сделки (операции) или бизнес-решения, повлекших убытки, недостаточно для привлечения к ответственности. Риск – нормальное явление в бизнесе, он всегда есть. Нужна вся совокупность условий, а риск должен выходить за пределы разумного.
  • Суд может освободить директора от ответственности, если формальные основания для ответственности есть, но действие или решение позволили предотвратить больший ущерб, чем причинен.

Особенности процедуры взыскания с директора убытков

Дела о взыскании убытков с директора относятся к категории корпоративных споров, которые подлежат рассмотрению арбитражными судами.

Схема действий:

  1. Определений оснований для взыскания убытков.
  2. Определение убытков – структура и расчет. Не всегда ущерб может быть определен точно или достоверно. Если истец не может сделать точный/достоверный расчет, то суд самостоятельно определит размер компенсации, руководствуясь справедливостью и соразмерностью.
  3. Подготовка правовой позиции и ее обоснования.
  4. Подготовка и направление претензий.
  5. Ожидание ответа или истечения срока на ответ.
  6. Подготовка иска в арбитражный суд.
  7. Судебный процесс.
  8. Исполнительное производство.
Читайте также:  Образец договора аренды квартиры

Если в действиях руководителя есть состав преступления, разумно первично рассмотреть вопрос о возбуждении уголовного дела. Собранные по нему доказательства, как и судебное решение (приговор), можно будет использовать в своих интересах.

Это значительно упростит доказывание в арбитражном суде. Но иногда эффективно действовать наоборот: сначала идти в арбитраж, а потом заявлять о преступлении.

Здесь фактор вероятного привлечения к уголовной ответственности можно использовать как мотиватор для добровольного погашения убытков.

Судебная практика по делам о взыскании убытков с директора в общих чертах

В общей массе дел арбитражными судами рассматривается относительно небольшое количество исков о взыскании убытков с директоров обществ. Ежегодно до суда доходит только 700-750 исков, при этом обоснованными признается меньше половины требований. Так, в 2017 году по 758 поступившим заявлениям требования удовлетворены только по 324 искам.

Но, несмотря на это, взысканные суммы довольно-таки серьезны. Из всего заявленных требований на сумму 160 млн. рублей взыскано порядка 150 млн. рублей. Это говорит о том, что, как правило, до судебного спора доходят действительно серьезные суммы, и ради пары десятков тысяч рублей никто особо судиться не хочет.

В то же время вполне вероятно (официальной статистики нет), что львиная доля споров разрешается внутри компаний. Большинство юридических лиц не хотят выносить сор из избы и вместе с руководителями склонны решать вопрос мирным путем, без судебных тяжб. Определить возможные варианты действий – несложно.

Правовой анализ спора даст ясную картину как по ситуации, так и по перспективам ее развития.

Кс оценил законность взыскания убытков с руководителя организации-должника

Любая предпринимательская деятельность в государстве с рыночной экономикой является по своей сути рисковой и даже при учете всех обстоятельств и выборе правильной бизнес-модели не может гарантировать доход и, следовательно, прибыльность.

В последние годы, к сожалению, отмечается стабильный рост количества организаций, заканчивающих деятельность путем процедуры банкротства, т.е. в условиях, когда они не в состоянии погасить имеющиеся перед кредиторами обязательства.

Сама процедура банкротства, несмотря на ее детальную регламентацию специальным законом (Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 1217-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве), а также общими нормами гражданского и арбитражного процессуального законодательства, во многих случаях для разрешения того или иного вопроса требует формирования судебной практики.

Одними из таких вопросов являются правомерность и обоснованность взыскания с бывшего руководителя организации, признанной банкротом, убытков по тому основанию, что он не направил в суд заявление о признании организации банкротом в установленный законом месячный срок с момента установления соответствующих признаков.

При этом имеется в виду не привлечение руководителя должника (либо иных контролирующих лиц) к субсидиарной ответственности (ст. 61.11 Закона о банкротстве), а направление самостоятельного иска в суд общей юрисдикции о взыскании убытков на основании ст. 15, 1064 Гражданского кодекса РФ.

Практика, которая складывалась до 2015 г

Именно указанные иски подавали представители налоговых органов в тех случаях, когда заявителем по делу о банкротстве являлась Федеральная налоговая служба РФ (в лице ее инспекций и управлений), на которую из-за отсутствия имущества у должника (организации-банкрота) возлагалась обязанность возместить расходы по проведению процедуры банкротства, в частности выплатить вознаграждение арбитражному управляющему.

В качестве обоснования заявленных требований о взыскании убытков налоговыми органами приводились следующие доводы:

1. В соответствии с п. 1 ст. 59 Закона о банкротстве все судебные расходы по делу о банкротстве, в том числе на уплату государственной пошлины, выплату вознаграждения арбитражным управляющим и т.п., относятся на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди.

2. Если имущества у должника для погашения указанных расходов недостаточно, их в непогашенной части обязан погасить заявитель по делу, в данном случае – налоговый орган.

3. Учитывая, что руководитель организации не исполнил установленную законом обязанность по направлению заявления о признании организации банкротом в суд в месячный срок с момента появления признаков банкротства, с указанным заявлением вынужден обратиться налоговый орган, на который впоследствии ввиду отсутствия имущества у должника возлагалась обязанность оплатить судебные расходы.

До 2015 г.

судебная практика по данному вопросу складывалась достаточно стабильно и однозначно: суды отказывали в удовлетворении заявленных требований, так как не признавали доказанным состав деликтного обязательства (противоправность поведения лица, причинившего вред; причинная связь между противоправным поведением причинителя вреда и возникшим вредом; вина лица, причинившего вред, факт наличия и размер вреда), необходимого для привлечения лица к ответственности на основании ст. 1064 ГК РФ. Более того, суды указывали, что судебные расходы по делу о банкротстве по смыслу ст. 15 ГК РФ в принципе не могут расцениваться в качестве убытков, а требования налоговых органов по своей сути являются требованиями о привлечении лица к субсидиарной ответственности, подлежащими рассмотрению исключительно в рамках дела о банкротстве.

Указанная позиция, например, была выражена в следующих судебных актах: апелляционные определения Брянского областного суда от 22 апреля 2014 г. по делу № 33-1373/2014, Орловского областного суда от 26 марта 2014 г.

по делу № 33-686, Самарского областного суда от 27 февраля 2014 г. по делу № 33-2228/2014, от 24 апреля 2013 г. по делу № 33-3779/2013, от 23 января 2014 г. по делу № 33-670/2014, Нижегородского областного суда от 26 июня 2012 г.

по делу № 33-3926/2012.

Переломное определение Верховного Суда РФ

Однако судебная практика коренным образом изменилась в связи с принятием 13 января 2015 г. Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ № 83-КГ14-13.

В указанном судебном акте была изложена следующая позиция.

В связи с тем, что Законом о банкротстве порядок возмещения заявителю взысканных с него расходов по делу о банкротстве не урегулирован, эти расходы необходимо рассматривать как убытки на основании общей нормы ст.

15 ГК РФ и взыскивать в качестве таковых с руководителя должника в случае, если он не исполнил свою обязанность по обращению в суд с заявлением о признании организации банкротом.

При этом причинно-следственная связь усматривалась именно в том, что якобы в результате противоправного бездействия ответчика (неисполнение обязанности по подаче в суд заявления) истцу был причинен ущерб (в виде возложения на него обязанности по компенсации судебных расходов по делу о банкротстве). Единственным условием для привлечения руководителя должника к ответственности за причинение убытков в данном случае суд назвал наличие у него возможности обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

После принятия ВС РФ указанного акта суды общей юрисдикции в абсолютном большинстве случаев стали взыскивать с бывших руководителей организаций-банкротов расходы, которые понесли налоговые органы в рамках дела о банкротстве, где они выступали в качестве заявителей.

При этом зачастую, по моему убеждению, в рамках рассмотрения указанных дел судами не принимались во внимание и отвергались более чем обоснованные доводы об отсутствии вины в действиях руководителя, нередко подтвержденные вступившими в силу судебными актами арбитражных судов об отказе в удовлетворении заявления о привлечении такого руководителя к субсидиарной ответственности по долгам организации-должника. Более того, встречались случаи, когда при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности суд оценивал в том числе довод о том, что руководитель должника не исполнил свою обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Таким образом, складывалась ситуация, при которой, несмотря на вступившее в законную силу судебное решение арбитражного суда, суд общей юрисдикции повторно оценивал те же самые обстоятельства дела, правоотношения, сложившиеся между одними и теми же лицами, приходил к противоположному выводу и взыскивал в качестве убытков судебные расходы с руководителя организации-должника. И в качестве правового обоснования суд приводил, помимо общих норм ГК РФ (ст. 15, ст. 1064), положения Закона о банкротстве, регулирующие основания и порядок привлечения контролирующих организацию-должника лиц к субсидиарной ответственности по ее долгам.

Необходимо также отметить, что, очевидно, суды общей юрисдикции при рассмотрении и разрешении указанных исков фактически не принимали во внимание вопрос о наличии либо отсутствии в действиях бывшего руководителя состава деликтного обязательства, не исследовали, каким образом факт неподачи им заявления о банкротстве прямо либо косвенно повлиял на возникшую впоследствии (зачастую через несколько лет) обязанность налогового органа компенсировать судебные издержки по делу о банкротстве, совершил ли в действительности руководитель какие-либо действия, которые вызвали данную обязанность, какое имущество и материальные ресурсы имелись у организации на предбанкротной стадии и каким образом ими распоряжались арбитражный управляющий и собрание кредиторов и т.п.

В данном случае также следует иметь в виду, что инициирование процедуры банкротства в отношении организации не означает, что данная организация безусловно будет признана банкротом и ее имущество будет распродано в целях погашения обязательств перед кредиторами. Одно из основных назначений процедуры несостоятельности (банкротства) заключается в восстановлении платежеспособности организации, сохранении ее производственного, торгового и иного потенциала и возвращении в систему делового оборота.

Однако, по моему мнению, созданная обсуждаемым Определением ВС РФ судебная практика как минимум нивелировала реальность реализации данного назначения и фактически признала, что любое банкротство организации в абсолютном большинстве случаев приведет к конкурсному производству и ликвидации.

Описанная практика также, на мой взгляд, порождала многочисленные вопросы о соблюдении положений законодательства РФ о преюдиции, о подведомственности дел судам, а также базовых принципах обоснованности, законности и справедливости судебных решений.

Кроме того, весьма остро встала проблема возможности вынесения двух противоположных решений по одним и тем же обстоятельствам и правоотношениям, существовавшим между одними и теми же лицами в рамках единого правового пространства Российской Федерации.

Позиция Конституционного Суда РФ

5 марта 2019 г. было вынесено Постановление Конституционного Суда РФ № 14-П, которое, будем надеяться, поставило «точку» в данном весьма спорном и неоднозначном вопросе.

В КС РФ с требованием о проверке положений ст. 15, п. 1 ст. 200, ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, подп. 14 п. 1 ст. 31 Налогового кодекса РФ, абз. 2 п. 1 ст. 9, п. 1 ст. 10, п. 3 ст. 59 Закона о банкротстве на предмет соответствия ст. 1, 15, 18, 19, 46, 55 Конституции РФ обратился В.А. Нужин., с которого как с бывшего директора организации-банкрота были взысканы убытки.

  • КС РФ, рассмотрев указанную жалобу, пришел к выводу, что оспариваемые законоположения не противоречат Конституции РФ, так как по своему конституционно-правовому смыслу не предполагают взыскания с руководителя организации-должника, не обратившегося своевременно в арбитражный суд с заявлением должника о признании банкротом возглавляемой им организации, убытков в размере понесенных налоговым органом, инициировавшим дело о банкротстве, судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему без установления всех элементов состава соответствующего гражданского правонарушения, совершенного руководителем должника, а также без оценки разумности и осмотрительности действий (бездействия) всех лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве (самого руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других).
  • Таким образом, лишь в рамках конституционного судопроизводства одному из руководителей, с которого были взысканы убытки описанным образом, удалось добиться законной, обоснованной и справедливой, по моему мнению, юридической оценки сложившихся правоотношений.
  • Указанное решение, безусловно, имеет огромное значение как для формирования справедливой и обоснованной судебной практики в рамках рассмотрения конкретного вида споров, так и признания КС РФ в некоторых случаях единственным судебным органом, готовым защитить конституционные права и свободы граждан.
  • Остается надеяться, что данное решение судами общей юрисдикции будет принято к сведению и исполнению именно в том смысле, который в нем, безусловно, заложен.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *